Читаем Наблюдатель полностью

После встречи еще осталось около половины рина, чтобы спокойно вернуться домой, открыть портал и заскочить в студенческий городок неподалеку от Гоарского королевского университета. Однако именно после этого у меня (и без того изрядно озадаченного) совсем ум за разум зашел, потому что оказалось, что скромная квартирка, которую снимала на окраине города леди Наоми, опустела.

Ни ее вещей, ни следов сборов, ни других признаков того, что леди поспешно съехала, в доме не было. Внутри оказалось так чисто, что становилось ясно – собирались тут явно с умом, не забыв ни зубной щетки, ни полотенца, ни старого носка на полу. Ни записки, ни даже крохотного намека, куда и зачем она уехала… ничего, кроме того самого «прости», которое я уже видел.

В итоге домой я вернулся в состоянии полнейшей растерянности. А единственное, на что у меня хватило соображения, это написать короткое письмо и попросить Макса отправить его на адрес секретаря университетского магистрата. Если Наоми там еще работает, то по идее должна увидеть и пояснить, в чем дело. Если же нет… что ж, женщин я всегда плохо понимал, в том числе и причины, по которым в них иногда вспыхивала смертельная обида.

Наверное, по возвращении на моем лице так явственно проступило недоумение пополам с досадой, что прекрасно чувствующая мое настроение Пакость запрыгнула на плечо и, обняв меня лапками за шею, сочувственно засопела. Да и Мерзость вдруг прониклась унынием, поэтому, запрыгнув на кровать, молча улеглась у меня на коленях. Спустя какое-то время она даже тихонько замурлыкала, и как-то после этого… стало полегче, что ли?

В итоге уснул я уже спокойно. Честно продрых до полудня. Затем наведался, как предписывали правила, к целителю, демонстрируя слегка подросшую за неделю кошку.

Размерами она теперь не уступала Пакости. Да и во всем остальном, в том числе в умственном развитии, заметно прибавила.

– Очень необычное создание, – признал лесс Отти, закончив с осмотром и убедившись, что нурра к нему почти привыкла и больше не шипит при каждом удобном случае. – Она вас слушается?

Я пожал плечами:

– Слова, может, и не понимает, но эмоции определенно улавливает. Когда я зол, под руку не лезет. Если спокоен, наоборот, ластится. Знает, когда я недоволен ее поведением, и старается не делать того, что я хотя бы раз не одобрил.

– Дрессировкой еще не занимались?

– Нет. Зачем? Она и так ведет себя прилично. Да, Мерзость? – наклонился я к вцепившейся в палец нурре.

Та только моргнула, но от «соски» не отцепилась.

– Как бы тебя еще и от этого отучить, а? – покачал головой я. – Не знаете, когда у нее пройдет эта страсть? Каждую ночь приползает мусолить мою несчастную конечность. Даже заснуть не может, если не запихнет что-нибудь в рот.

– Может, ей игрушку какую-нибудь дать? – задумчиво предположил целитель.

Я мысленно чертыхнулся, сетуя, что сам не сообразил. Но потом вспомнил, какие едкие слюни у этого чудища. Прикинул, сколько мусора она настрогает и наплюет, пока будет мурыжить деревянные или железные «соски». И, еще раз покосившись на смирно лежащую на моих коленях нурру, вынужденно согласился еще какое-то время потерпеть, раз уж ничего прочнее моей кожи в нашем распоряжении не было.

После этого я, как и обещал, навестил коменданта и, исполняя данное ему слово, прогулялся в компании карателей на северную плантацию. Все там внимательно осмотрел. Количество засевших на деревьях некко с помощью незримо присутствующего неподалеку Первого подсчитал. Приметил место для телепорта. Подышал свежим воздухом. И, так и не дождавшись нападения, с чистой совестью оттуда свинтил.

Правда, на этом несс Катерс от меня не отстал и по возвращении озадачил еще одной просьбой. Отказывать я не стал, поэтому почти до вчера провозился с неисправными артефактами, которые приволокли на починку со всего форта.

Дело это было несложное, только нудное очень, так что работа мне никакого удовольствия не доставила. Но когда господин комендант понял, что артефактор я не только на бумаге, то решился обратиться с еще одной, на этот раз не совсем обычной просьбой.

– Не сочтите за труд, лесс Саррато, – сказал он следующим утром, когда я только-только обиходил свой зверинец и намылился повторно навестить северную плантацию, где мы с улишшами прошлой ночью крупно побезобразничали. – Понимаю, что у вас, возможно, не тот профиль, да и не обязаны вы выполнять черновую работу, но все же я хотел попросить вас взглянуть на управляющие механизмы, отвечающие за освещение и открытие дверей в наших подземельях, а по возможности хотя бы приблизительно назвать время, в течение которого мы еще сможем ими управлять.

Я от удивления даже крякнул, никак не ожидая, что меня допустят к важным технологиям. Но комендант не шутил. Более того, даже настаивал. Просто потому, что никого другого у него под рукой не было, а активированные мною печати могли угаснуть так же быстро, как и вспыхнули. Поэтому я пожал плечами и потопал с ним на минус третий этаж, где, помимо складов и мастерских, имелось древнее оборудование, некогда помогавшее людям работать.