Читаем Nabat_2 полностью

Квартира походила больше на представительный офис, чем на жилье. Потолки пять метров, двенадцать комнат, дорогая мебель, антиквариат. По меркам цивилизованных стран — ни­чего особенного, живут и во дворцах и в анфиладах комнат не путаются, но по совковым, когда квадратные метры размеряют жизнь человека от восьми положенных в начале и до двух в конце, — это дикость, вопиющее скотство, квадратура круга. Ладно бы Сунгоркин заработал свои блага неустанным трудом в сфере бизнеса или выиграл кубок Стэнли с ракеткой в руках. Ничего он нигде не выиграл, ничем не блистал, еще десять лет назад подшивал штанины «молниями» и вымучивал матери­альны о демократизации и доблестной перестройке в район­ную газету «Путь к коммунизму». Штаны обтерхались за десять лет, появились смокинг и апартаменты княжеского пошиба, а где Сунгоркин разменял свою душу на квадратные метры, Суд­ских предстояло выяснить.

— Виталий Иосифович, — обратился к нему Судских. — Сами чистосердечно расскажете о закулисной стороне ва­ших доходов или доверите мне?

Оперативники Судских ожидали в столовой, разговор про­исходил в гостиной под оригиналом картины Айвазовского «Шторм надвигается», известной только по каталогам, а тут висит, целая и невредимая, у вороватого клерка.

— Я отвечать на ваши вопросы и вообще говорить без адвоката не собираюсь, — высокомерно заявил Сунгоркин. Был он среднего росточка, но заквадрател от сытой жизни, и Судских распинаться перед ним не стал. Похожий на мяч регби в лежачем положении, Сугоркин поймет только увеси­стый пинок.

Для начала Судских приголубил его:

— Да вы присаживайтесь, в ногах правды нет.

Сунгоркин степенно сел и поджал губы.

— Где мой сын? — спросил Судских. Поза нувориша надоела.

— Найдете, ваш будет, —• нагловато ответил Сунгоркин.

— Скажите, а если вам элементарно дать по морде лица, вы станете сговорчивей?

— На морду есть хозяин, — светился наглостью Сунгор- кин. Похожий на скандально известного премьера Кириен­ко, такой же бывший комсомолец, он ничего не боялся в силу своей глупости. Говорить научился. Все рыжие арапча­та говорить научились.

— Так дать или как? — повторил свой тезис в сжатой форме Судских. Сунгоркин раздражал.

— Или как, — сострил Сунгоркин. — Мне этот разговор неприятен.