Читаем Nabat_2 полностью

— Почему непонятно? — поспешил Судских с разъяс­нениями. — В те времена Кострома была столицей княже­ства Дмитрия Донского, откуда он начинал поход на Куликовскую битву, а Куликово поле было на месте ны­нешней Москвы.

Несколько секунд Воливач выдержал паузу.

— Я эту версию слышал, — заговорил он. — Только со­гласиться с ней не могу. Выходит, тогда и татаро-монголь­ского ига не существовало? Не было и двухсот лет рабства?

— Придется согласиться. Не было рабства. Его навязали русским позже в служебном порядке. Суть в том, что рань­ше, до пятого-шестого веков, все пространство нынешней Украины, России и Белоруссии — от причерноморских сте­пей и псковских болот до Байкала, до устья Ангары — при­надлежало империи ариев. С возникновением Киевской Руси начался период обособления отдельных княжеств, хотя но­минально они оставались данниками прежней империи. Обо­собились западные и южные русичи, возвеличился Новгород, отмежевался Псков, и только за нынешней Волгой остава­лась часть прежней империи, которая именовалась Ордой. Ближние к ней княжества исправно платили ей дань, как говорится, за «крышу» и даже поставляли в Орду воинов, многие князья-русичи, отпрыски известных фамилий, про­ходили в Орде своеобразную стажировку. Дальние княже­ства платить дань перестали, и в конце концов Чингисхан решил исправить оплошность «ближних», а следом внук его Батый исправил вольность «дальних». Эти события получи­ли в дальнейшем освещении истории Руси название, «тата- ро-монгольское иго», хотя на самом деле татаро-монголов в природе не водилось, а было государство казаков-ариев.

— Как не водилось? — привстал Воливач с кресла. — Я, по-твоему, потомок татарина?

— Так и не водилось, — спокойно отвечал Судских. — И вы не татарин, и все мы — потомки ариев. Клянусь, я сам всего месяц назад узнал это от Смольникова, он убедил меня на фактах. И Москвы не водилось до Куликовской битвы. Лишь после стояния на Угре Дмитрий Донской приступил к закладке каменного Кремля году эдак в 1385-м.

— Так все же, ты хочешь сказать, что все мы от татаро- монголов? — настаивал Воливач как истый хохол, не терпя­щий посягательства на весь род с оселедцами.