Читаем Nabat_2 полностью

— Цыц! — окрикнул Святослав. — Разговорился... Лад­но, — решился он. — Негоже пред иудеем трусость выка­зывать. Давай скляницу! — И выпил одним махом. Прислушался к себе, вращая глазами, потер бок. Исчезла боль, как и не водилась. — А прав жид! — воскликнул он, повеселев, под общий вздох облегчения. — Так и быть: прощаю тебя. Отправляйся назад и можешь дале в Любеч ехать. Таково мое княжеское слово.

Добран по-собачьи преданно глядел от пола, не решаясь подняться с четверенек.

— Ходи! — напомнил Хохлуша.

— Не вели сразу распрощаться, — забухал поклоны Доб­ран. — Вот у тебя другая немочь, в ногах твоих жилы переви­ты, ходить тебе тяжко, а в седле сидеть того хуже, кровь в пояснице застаивается!

— И то верно, — согласился Святослав добродушно. Не успел слова добавить, врачеватель разохотился:

— Клянусь Сварогом, до утра исчезнет немочь! Останет­ся — колесуй, четвертуй, шкуру мою заживо сдирай!

— Да ты никак волхв? — изумился Святослав.

— Не посягну близко стоять с волхвами, а сестра моя Малуша искусна врачевать хвори, хоть и годками еще не вышла, брал ее с собой травы и снадобья на зуб выверять! Дозволь, великий княже, кликнуть ее, о здоровье твоем пекусь!

— Замолкни! — прикрыл уши Святослав. — Еще слуха лишусь от тебя, новая хвороба! Когда позову, приведешь, — уже спокойно велел он. Что говорить: от добра добра не ищут, пусть и странно попался на его пути иудей этот Добран... В долгих походах, право слово, ноги износились, похожи стали на кургузые стволы южного дерева карагач, почернели, пух­ли часто в перекрутс вен, одно спасенье в седле, так поясни­цу ломит нещадно...

— Топай пока. Передохнуть от тебя надобно...

После этих слов Добран убрался наконец из шатра. Не­навидящим взглядом провожал его сын воеводы Сужного Игорь. Чем откровеннее старался Добран, тем меньше дове­рял ему Игорь. В хазарских землях он наблюдал, как долго и осторожно подкрадываются враги, порой дня не жалеют, лишь бы не обнаружить себя, а дозору того терпеливее быть надо, еще тише в засаде сидеть. Кто кого пересидит, тому живым и отъезжать после стычки, тогда и похваляться удалью, сест­рой терпения...