Читаем Nabat_2 полностью

Его самого пятнадцати годов дед, великий князь киевс­кий Олег, брал в поход на Царьград. Изрядно полупцевал византийцев и принудил беспрекословно соблюдать договор со славянами, иначе в следующий поход приведет с собой болгар, македонян и западных русичей, тогда от Царьграда пыль останется, а от Византии — прах. Очередной щит при­бил на городских вратах и убыл гордо. Правил в то время Византийским царством Константин по кличке Болгаробой- ца, которого отец называл Поганейшим за жестокость, спо­собность к предательству и коварство. Не зря Олег пригрозил брать в поход болгар, есть им за что посчитаться с поганым императором, обид не простили... А развратен был ужасно, от человеческого обличья ничего не осталось. Пригласил отца танцы посмотреть на званом пиру, а Святослав в щелочку занавеси подглядел. Раз только глянул, а ужас остался на­всегда: голые девки кругом писали, изображая фонтан. Не приведись такому на Руси прижиться, изыдет тогда срам на русичей, и быть ей поглощенной похотью, а за ней стыда и чести не сберечь. Уж на что крепка и хороша телом жена, сколь желанна и горяча в постелях, а преступить святость, сдернуть рубаху с налитого тела Святослав не отважился. Груди крепки для младенца, руки горячи для него, а действо само по велению Сварога, чтобы род жил вечно.

Отец, князь Игорь, в жены себе брал сильную и крепкую и сыну подыскал надежную пару. Мать Святослава, княгиня Ольга, кровей была не княжеских, воеводских, просто пере­возчицей служила на реке Великой под Псковом. Взглядом пришила отца к себе и в Киев въехала полноправной княги­ней, статью и говором. Не от напыщенности княжение, от веры в вечных славянских богов, от правоты за русичей, и всяк тот князь, кто делом прав.

До Киева рукой подать. Последний стан разбили с пер­вой звездой у Ирпени. Она слабо заискрилась в темнеющем зоревом закате, разгоралась, предвещая погожий день на зав­тра, а князю — славную встречу. Быть тому... А с византий­ского юга наползал крадучись темный полог. В походе отец поучал Святослава: в такие поры усиль ночные дозоры, не к добру южная темень. Своим же опытом пренебрег, доверил­ся тишине, так его и убили печенеги на днепровских порогах три года спустя. Натравил их Константин Болгаробойца, со­общив печенегам маршрут и время отъезда князя Олега. Спас­шийся чудом Палица Сужной сказывал: звезда светилась высоко, а темная туча ползла с юга...