Читаем Nabat_2 полностью

— Почему нет? — садился на своего конька Смольни­ков. — Есть. Но покрашено, лакировано и с ног на голову поставлено. Сигнал к агрессивным выступлениям против ариев подал епископ Кесарии Василий в середине четвертого века вместе с братом своим Григорием Нисским. Василий в книге «Шестоднев» изложил принцип христианской морали. Нечто вроде «Манифеста коммунистической партии». И бо­лее трех веков христианские проповедники правдами и не­правдами насаждали свою веру, на что византийские базилевсы смотрели сквозь пальцы, считая чудачеством. Но низшим слоям византийского общества такие забавы пришлись по сердцу: что бы ни делать, лишь бы не работать. Чудачества переросли в политику, стали грозной силой противления вла­сти. Прибавилось пророков и бесноватых. Более других уп­ражнялся в этом Максим Исповедник. Он договорился до того, что причислил Иисуса к богам. Уже не посланец бо­жий, а Бог. Родом из богатой семьи, он служил секретарем у императора Гсраклия и наследство семьи раздавал на под­держание смут против ариев. Гераклий не потерпел рядом с собой провокатора и удалил Максима Исповедника от дво­ра, запретив тому вести разговоры о божественном проис­хождении Христа, но, к сожалению, джинна выпустили из бутылки, религия стала заботой византийских императоров. Смуты набирали мощь, ряды агрессивно настроенных хрис­тиан ширились. В 641 году престол унаследовал император Констанс Второй одиннадцати лет от роду. К внутренним волнениям прибавились опасения извне, в любой момент Ви­зантия могла развалиться под ударами арабов, которым хри­стианство было подобно красной тряпке для быка. Внутренние раздоры были арабам на руку, и под давлением внешней опас­ности Констанс Второй провозгласил указ об одной воле Христа. Указ запрещал утверждения о принадлежности Иисуса к богам, а Максима Исповедника велел тайно удавить. Указ еще больше раздразнил христиан, они открыто выражали недовольство, оказывали вооруженное сопротивление войс­кам, устраивали резню ариев. Из-за постоянных вооружен­ных бунтов Констанс Второй перебрался в Сиракузы, где был убит по приказу христианских проповедников. А за два года до его смерти в 668 году в Константинополе произошла са- ? мая кровавая разборка христиан и ариев. Войска не вмеши- лj вались, и за сутки христианские орды вырезали почти всю * . общину ариев, более десяти тысяч человек. Вот так, Игорь ^ л Петрович, миротворец Иисус прокладывал себе путь к вели- ily чию. Более грязного становления не испытывала ни одна ре- ' , лигия, которую нынче величают светлой.