Читаем Nabat_2 полностью

На обход болота ушло полных три часа. По высоким коч­кам и буйным зарослям травы. Рюкзак и выкладка стали об­ременительны, а он всю теплую непромокаемую одежду уложил в рюкзак, двигаясь в шортах и майке-безрукавке, изрядно порезался, и тело саднило от глубоких порезов, так он спешил. Пришлось облачаться, как в скафандр, в защит­ный комбинезон, надеть сапожки и перчатки. Сразу стала донимать духота, и на край полянки он выбрался почти обес­силенным и свалился на траву бездыханным.

Контрольная стрелка хронометра показывала, что до при­бытия самолета оставалось чуть более двадцати минут. В штаб- квартире считали с предельной точностью, на этом строилась любая тактика — точность и беспрекословное исполнение.

Дронов извлек из карманчика рюкзака радиомаяк и за­пустил его. Пора осмотреться и доложить о себе.

Поляна оказалась искусственным прямоугольником, кры­шей какого-то подземного хранилища. Она поросла мелкой травой очень ядовитого цвета. Кое-где торчали грибки вы­тяжных вентиляторов, лючки и люки. Ступая осторожно, Дронов прошел в глубь полянки, и с каждым шагом его одо­левало беспокойство. Покрытие оказалось крайне ущербным, частично куски бетона провалились, обнажив арматуру. Из таких дырок тянуло неприятным горчичным запахом. Слу­чайно Дронов обратил внимание на свои сапожки: черный полиэтилен облез до белизны.

— Мать моя женщина, черт бы меня побрал! — ужаснул­ся Дронов и, не разбирая пути, побежал прочь. — Бинары!

Он попал на заброшенный склад отравляющих веществ, сам того не желая. Он не ошибся. Черт сидел в подземелье.

Когда-то в России засыпали в хранилища больше от­равляющих веществ, чем пшеницы. Покупное зерно съе­далось быстро, адская морилка хранилась десятилетиями и устойчиво прибавлялась. Одних рук не хватало для убор­ки урожаев, другие забывали отрывать за подобную осмот­рительность. Одни сгорали в битве за урожай, другие к битвам готовились, не дождавшись, уходили на пенсию и получали ее исправно.

Когда-то Россия пол-Европы кормила своим зерном, ее уважали.