Читаем На Востоке полностью

Оказалось, что некоторые командиры посчитали, что времена маршей, проводимых в пешем порядке, теперь отошли в прошлое. Зачем тренировать людей, когда есть автомашины, которые доставят подразделения в любой район и в более короткие сроки. Это было конечно же заблуждением. Даже спустя много лет после Великой Отечественной войны маршевая подготовка войск не потеряла своего значения, хотя уровень моторизации частей и соединений вырос неизмеримо. Тренировать бойцов и командиров в совершении длительных маршей и стремительных марш-бросков необходимо всегда, ибо в период боевых действий могут сложиться и такие обстоятельства, при которых использование техники станет невозможным.

Что же касается тех предвоенных лет, когда только начинали создаваться мотострелковые части и соединения, то и говорить нечего. Ни для кого не секрет, сколько пришлось пройти по дорогам Великой Отечественной нашим пехотинцам.

Убедившись в слабой подготовленности людей к совершению маршей, я собрал командиров на совещание и поставил им четкие и определенные задачи по устранению столь серьезного недостатка.

А решил я сделать следующее. Военный городок находился на берегу реки Керулен, а на противоположном берегу были наши учебные поля и стрельбища для каждого полка. Расстояние до них было около 3 километров. Учебными полями и стрельбищами мы пользовались почти каждый день. Вот я и приказал ходить туда только пешком, ни в коем случае не пользоваться автомашинами.

— Прошу учесть, — сказал я командирам полков, — когда идете туда — время ваше, а на обратном пути — время командира дивизии. Причем люди должны иметь на обратном пути положенное им снаряжение в вооружение. Одним словом, полную выкладку.

Так и поступили. По пути на учебные поля и на стрельбище командиры полков сами тренировали личный состав.

Обратный же путь мы использовали следующим образом. Разбили его на несколько отрезков и определили, где двигаться шагом, где бегом, где ползком. На определенных точках стояли командиры штаба и контролировали правильность действий. Такие тренировки продолжались в течение почти двух месяцев. Физическая подготовка личного состава резко возросла. И скоро стали не страшны длительные марши.

Проблем в обучении и воспитании подчиненных было много, и каждый день занятий выдвигал новые, более сложные. Подняли физическую выносливость личного состава, маршевую выучку, сколотили подразделения, а тут появились другие задачи — надо и о командирах подумать.

Заметил я, что у некоторых из них маловато инициативы, решительности частенько поглядывают на старшего начальника, ждут подсказки, не решаются действовать сами. Надо было приучать к самостоятельности. А где, как не на учениях, лучше приучать.

Однажды рано утром я собрал работников штаба дивизии и поставил перед ними задачу: поднять полк, которым командовал полковник Соловьев, по тревоге.

— Прошу вас совершенно не вмешиваться в распоряжения командира и в действия полка, — предупредил я. — Но обязательно проследите, чтобы было взято на трое суток продовольствия, чтобы у бойцов имелись котелки, кружки и ложки. На экипировку командиров не обращайте внимания…

И вот прозвучал сигнал тревоги. Подразделения быстро выстроились на плацу. Красноармейцы были в полной экипировке, и никаких недостатков командиры штаба не нашли. Что же касается комсостава, то не ускользнуло от моего взгляда, что подавляющее большинство командиров были налегке.

Ко мне подошел командир полка полковник Соловьев и спросил:

— Товарищ командир дивизии, а полевые кухни брать с собой или нет?

— Полковник Соловьев, вы же командуете полком, а не я, — ответил ему. Поэтому решайте сами, что вам нужно.

Полк был построен и выведен в район угольных копей недалеко от Баин-Тумена. Здесь я попросил Соловьева достать карту, указать точку, где сейчас сосредоточен полк.

— Вот тут, — указал он безошибочно.

Я взял его карту и обозначил на ней маршрут от того места, где мы находились, до Худука. Худук — это колодец. В степи такой ориентир более чем приметен на карте. План учений я, разумеется, продумал и обсудил с командирами штаба дивизии заранее, и теперь каждый из них знал, что проверять и чем заниматься.

— Сегодня вы совершите марш вот до этой точки. Сколько вы там будете отдыхать — это ваше дело, но завтра вы должны быть вот в этой точке, то есть у Худука. Послезавтра вы выйдете к реке Керулен — вот в этот район. Общая протяженность марша сто — сто двадцать километров. В последней точке буду вас ждать.

Я предупредил командира полка, что дальнейшие задачи поставлю на берегу реки.

Командир полка выслушал молча, сделал необходимые пометки на карте, которую я вернул ему с уже нанесенным маршрутом. Потом растерянно огляделся и неожиданно спросил:

— Товарищ командир дивизии, разрешите взять походные кухни?

— Это невозможно, — сказал я. — На Баин-Тумен налетели самолеты врага, город горит и разрушен.

— А как же я буду кормить личный состав?

— Если сами не сообразите, вам подскажут. Выполняйте задачу…