Читаем На воле полностью

На сцене появились две девушки. Взгляды присутствующих невольно обратились в их сторону. Одна была блондинка, другая – шатенка. Одетые в белые туники, с волосами, подвязанными алыми лентами, они напоминали греческих танцовщиц.

На какое-то время девушки сумели завладеть залом. Даже Эдик, привыкший к акробатическим этюдам стриптизерш, оторвался от закусок он посмотрел на щедро залитый цветными огнями подиум, по которому, предъявляя стройные ножки на строгий суд зрителей, медленно прохаживались танцовщицы. Древние греки недаром предпочитали короткие и воздушные женские одежды. Сидевшие в зале разгоряченные мужчины явно жаждали увидеть, что же прячется под легкими шелковистыми туниками, и на золоченые пряжки у самой шеи, удерживавшие воздушную ткань, смотрели как на личных врагов.

– Как зовут блондинку? – поинтересовался Иван.

– Ты на эту блондинку не заглядывайся, по-дружески тебя предупреждаю, – оторвался от завораживающего зрелища Эдик. – Это подружка самого Аркаши. Если Штырь что неладное заметит, то свезет тебя куда-нибудь в лес и за хер на дерево повесит. Посмотри на тот стол, только незаметно. Видишь, две хари минералочку попивают?

– Ну? –

– Вот они и следят за тем, чтобы к ней всякие ухари с гнусными предложениями не подваливали.

А девушки между тем уже расстегнули пряжки и стали медленно стягивать с плеч длинную ткань, демонстрируя эротику высочайшего класса. Это были совсем не те грубые пляжные движения, когда женщина снимает коротенькое платьице через голову. Наконец, одежда упала к их ногам, прикрыв узкие ступни. Блондинка одним балетным прыжком преодолела половину сцены и закружилась на месте, подняв ногу выше головы. Зал зашумел, а у Степана захватило дух. Такое он видел впервые. Да, Аркаше не откажешь во вкусе. Наверняка подобные выкрутасы его подруги перед большой аудиторией действуют на него возбуждающе.

. – Как же поживает ваш Аркаша? – невинно поинтересовался Иван.

– Неплохо. Ему жаловаться не на что, с начальником УВД водку пьет. Говорят, что даже прокурор города у него в друганах ходит. А ты что, знаешь его? Он ведь птица высокого полета и на нашу грешную землю опускается только тогда, когда поклевать хочет.

– Когда-то тусовались в одной компашке, – соврал Иван, посмотрев на Эдика честным взглядом. – Но давно не виделись. Хотелось бы снова встретиться поговорить, вспомнить старое. Ты не знаешь, как его найти?

– О! Это очень непростой вопрос. Сейчас к нему не подойти ближе чем на пятнадцать метров. Охрана покруче, чем у нашего губернатора. Старых связей не поддерживает…

В голосе Эдика послышалась обида. Что поделаешь, такова человеческая природа: стоит только кому– то чего-то добиться, как он забывает прежних друзей.

– И что, с ним невозможно даже словечком перемолвиться? – тоже с обидой спросил Иван.

Девушки на сцене в это время сплелись в медленном танце. Казалось, они позабыли, где находятся.

Даже присутствующие поверили, что греческие мелодии унесли девушек к теплому Эгейскому морю на остров Лесбос.

– Неплохо танцуют, – скупо высказался Степан.

– Заявляю авторитетно, по всей России вряд ли с десяток стриптизерш отыщется такого уровня, как эти. Даже в Москве. Это тебе не какая-нибудь подпольная школа, а самая что ни на есть Мариинка! – В голосе Эдика послышались нотки гордости, как будто он самолично учил девушек премудростям балета. – Блондинка какое-то время даже в Большом театре танцевала…

– Что же она там не осталась? – ехидно поинтересовался Иван. – Глядишь, сейчас примой-балериной была бы. – Он оторвался от зрелища всего лишь на несколько секунд, когда наливал себе в бокал вина. – По заграницам бы разъезжала, зашибала бы бабки…

– Ты думаешь, ей здесь хуже, чем за границей? Она столько «капусты» имеет за день, сколько вся труппа Большого, поди, за месяц не заработает!

– Так что там насчет Аркаши? – неожиданно перевел разговор Иван. – Как бы нам его повидать?

Эдик помолчал. Поколебавшись секунду, он подцепил с тарелки последний ломтик малосольного огурца.

– Тебе, Ваня, повезло. Знаешь, где находится кабак «Семиозерье»?

– Еще бы, – усмехнулся Иван, – я в нем столько денег спустил, пока твою сестру обхаживал, что при одном воспоминании дух захватывает.

– Ну, что было, то прошло, – отмахнулся Эдик. – Теперь у Томки другой. Так вот, завтра там собирается очень серьезная компания. Будут только свои. Ресторан на это время, естественно, закроют. Такое сборище случается только раз в полгода. Будет гам, разумеется, и Аркаша. Конечно, он мог бы там и не появляться, хотя бы потому, что давно уже перерос всю эту публику, но он любит поиграть в демократию. Дескать, я, ребята, один из вас, а что я с прокурором водку жру, так это у меня просто работа такая.

Рука Степана слегка дрогнула, бокал, который он держал в руке, ударился о подсвечник и тонко зазвенел.

– А если он все-таки не придет? – как можно спокойнее спросил Иван.