Читаем На переломе полностью

Зная, что Гитлер всеми силами будет добиваться захвата Москвы, Ставка Верховного Главнокомандования для усиления Центрального фронта создала новый – Брянский – фронт во главе с генералом Ерёменко, развернув его между Центральным и Резервным фронтами, надеясь наступательными боями изматывать противника и уничтожать его силы. Самонадеянно заверив Сталина, что он непременно разгромит «подлеца Гудериана», Ерёменко меньше всего думал о Московском направлении, а пытался выполнить своё обещание Верховному и смещался к Юго-Западному фронту, продолжавшему на последнем издыхании удерживать Киев. 30 августа Брянскому фронту была поставлена задача не на словах, а на деле разгромить танковую группу всё ещё живого «подлеца Гудериана», которая устремилась в тыл Юго-Западному фронту. Ерёменко запросил помощи, но не смог ни остановить Гудериана, ни помочь Кирпоносу, всё ещё топчась под Киевом, выполняя приказ Сталина удерживать столицу Украины до последней капли крови, хотя затея эта была абсолютно бессмысленная. Не хочется даже называть количество погибших, окружённых и взятых в плен. В их числе были и бойцы и командиры Брянского фронта, созданного с благой целью защиты Москвы, но оказавшегося жертвой самодурства Сталина, в чём уже не сомневается ни один историк, занимающийся изучением войны.

И вот теперь выясняется, зачем Сталину понадобился Говоров. Второго октября началась Вяземская оборонительная операция войск Западного и Резервного фронтов, оборонявших полосу шириной свыше 700 километров. Пять дней спустя войска противника вышли в район Вязьмы, окружив 19-ю и 20-ю армии Западного фронта и 24-ю и 32-ю армии Резервного фронта. Окружённые армии под командованием генерал-лейтенанта М. Ф. Лукина 10 дней сковывали боями 28 дивизий немцев, однако брешь в оборонительной линии надо было закрыть, для чего создавалась Можайская линия обороны. Ставка Верховного Главнокомандования назначила Леонида Александровича заместителем командующего войсками Московского военного округа, то есть генерал-лейтенанта П. А. Артемьева. Во избежание самостийных решений, которые могли бы осложнить ситуацию на Московском направлении, в приказе, подписанном Сталиным и Шапошниковым, специально было оговорено, что «все войска Можайской линии обороны были подчинены непосредственно Ставке». Тучи над Москвой сгущались…

Спрос на специалиста высокой артиллерийской квалификации усилился. В войска Западного и Резервного фронтов были направлены члены Государственного Комитета Обороны, в том числе от Генштаба – начальник Оперативного управления А. М. Василевский. По согласованию с Верховным и по договорённости с Говоровым, который, став заместителем командующего Московским округом, оставался начальником артиллерии Резервного фронта, Василевский уговорил Леонида Александровича помочь ему в организации обороны на Можайской линии. «В момент моего прибытия в штаб Западного фронта, – вспоминал позднее маршал Василевский, – товарищ Говоров с частью офицеров артиллерийского управления Резервного фронта (чудеса в решете: командующий фронтом в это время обосновался в Ленинграде. – В. С.) уже находился в Можайске, с которым по моим указаниям была установлена телефонная связь. В период с 5 по 9 октября до образования Ставкой командования Можайской линии обороны Говоров находился в районе Можайска в качестве старшего военачальника, обязанного принимать все войска, направленные на Можайскую линию обороны, и в спешном порядке при их помощи создавать фронт обороны (какую недюжинную силу и остроту ума надо было иметь, чтобы в суете боёв не напортачить! – В. С.). Для этой цели мною в его распоряжение была выделена часть офицеров Генерального штаба. При выполнении этой работы Говоров имел дело непосредственно со мной, исключительно успешно справляясь со своими обязанностями. 9 октября при создании Ставкой фронта Можайской линии обороны генерал-майор Л. А. Говоров стал заместителем командующего войсками. За время оборонительных и нечастых наступательных боёв под Москвой, которые длились всю осень и в зимний период, фронтовые обязанности Говорова менялись с непредсказуемой скоростью, но должности не позволяли ему повесить на погоны вторую генеральскую звезду. Кем только не был он за этот период. Два дня провёл в должности начальника артиллерии Западного фронта, слившегося с Московским резервным фронтом (12 – 13 октября), и когда раненого командующего 5-й армией генерала Д. Д. Лелюшенко в бессознательном состоянии отправили в тыл, Жуков на его место назначил Леонида Александровича, мотивируя свой выбор тем, что он «зарекомендовал себя не только как прекрасно знающий своё дело специалист, но и как полевой энергичный командир, глубоко разбирающийся в оперативных вопросах». И позднее, в воспоминаниях, подтвердил, что «выбор был весьма удачен».