Читаем На острове полностью

Я вытащила из чемодана все содержимое: зубную щетку, два тюбика обычной зубной пасты и тюбик отбеливающего «бленд-а-меда», четыре бруска мыла, две бутылочки геля для душа, шампунь и бальзам для волос, лосьон для тела, пену для бритья, бритву и два сменных лезвия. Три дезодоранта (два твердых и один гелевый), молочко для снятия макияжа и ватные диски, вишневый бальзам для губ и – аллилуйя! – две упаковки тампонов. Лак для ногтей и жидкость для снятия лака, пинцет, ватные палочки, салфетки, бутылка средства для деликатной стирки и два флакона солнцезащитного средства. Мы с Ти-Джеем уже настолько загорели, что вряд ли крем окажется полезен.

– Ух ты, – подытожил Ти-Джей, когда я закончила перебирать предметы гигиены.

– На том острове, куда мы направлялись, нет аптеки[3], – объяснила я. – Заранее проверила.

В чемодане также находились гребень, расческа, заколки и резинки для волос, колода карт, ежедневник, ручка, две пары солнцезащитных очков – авиаторы «Рэй Бен» и очки в широкой черной оправе – и соломенная ковбойская шляпа, в которой я всегда ходила в бассейн.

Я перебрала одежду, выжимая из нее воду, и разложила сохнуть на песке. Четыре купальника, хлопковые домашние штаны, шорты, майки, футболки и летнее платье. Теннисные туфли и несколько пар носков. Синяя футболка с логотипом группы «REO Speedwagon» и серая «Nike» с красной галочкой «Just Do It» на груди. Эти футболки были большого размера, и обычно я в них спала.

Я побросала нижнее белье и лифчики в чемодан и закрыла крышку. С этим разберусь позже.

– Повезло, что на берег вынесло именно этот чемодан, – сказала я.

– А что было в другом?

– Твои учебники и задания. – Я составила подробные планы уроков, скомбинировав весь материал, что Ти-Джею предстояло наверстать. Романы, которые я собиралась одолеть за лето, тоже лежали в том чемодане, и я с тоской подумала, как бы они скрасили мое время здесь. Я с надеждой посмотрела на Ти-Джея:

– Может, и твой чемодан найдется.

– Никаких шансов. Родители прихватили его с собой. Вот почему у меня в рюкзаке было всего ничего одежды и зубная щетка. Мама велела взять с собой самое необходимое, на случай если рейс задержится и нам придется где-то заночевать.

– Серьезно?

– Ага.

– Хм. Вот значит как.

* * *

Я экипировалась по полной.

– Пойду приму ванну, – предупредила я. – Никогда не ходи к воде, пока я там. Договорились?

Ти-Джей кивнул.

– Ладно, обещаю. Попробую пока смастерить удочку. Пойду на берег, когда ты вернешься.

– Хорошо.

Дойдя до берега, я сняла одежду, вошла в воду и нырнула с головой. Вымыла грязные волосы, сполоснула и намылила еще раз. От шампуня исходил дивный аромат, но, возможно, благоухание лишь показалось восхитительным оттого, что от меня самой жутко воняло. Затем я нанесла на волосы бальзам, намылилась с головы до пят и села на берегу побрить ноги и подмышки. Потом снова погрузилась в лагуну, чтобы ополоснуться, и какое-то время просто лежала на спине в воде, чистая и довольная.

Я надела желтое бикини, намазала подмышки дезодорантом, распутала волосы, расчесала, свернула в пучок и закрепила заколкой. Я выбрала черные очки, решив, что «рейбены» отдам Ти-Джею.

Когда я вернулась, Ти-Джей смерил меня оценивающим взглядом. Я села рядом, и он, наклонившись ко мне, втянул носом воздух и причмокнул:

– Москиты сожрут тебя живьем.

– Мне так хорошо, что плевать на москитов.

– Что скажешь? – спросил умелец, поднимая удочку. Он проделал отверстие на конце длинной палки и продел в него гитарную струну, а другой ее конец пропустил сквозь петельку в застежке от серьги.

– Выглядит здорово. Когда вернешься после купания, давай попробуем порыбачить. Я оставила все моющие средства на берегу. Пожалуйста, пользуйся.

По возвращении Ти-Джей выглядел чистым до скрипа, и пахло от него так же хорошо, как и от меня. Я протянула ему «рейбены».

– Ух ты, спасибо! – восхитился он. – Классные очки. – Он схватил удочку.

– А что у нас будет приманкой? – спросила я.

– Червяки какие-нибудь.

Мы копались в земле под деревьями, пока не вырыли несколько червей, белых и извивающихся. Они походили на крупных опарышей, и я невольно вздрогнула. Ти-Джей набрал червяков в ладонь, и мы пошли на берег.

– Леска не слишком длинная, – объяснил Ти-Джей. – Не хотелось тратить струну целиком, на случай если леска лопнет или что-то случился с удилищем.

Зайдя в воду по пояс, он закинул крючок с наживкой. Мы замерли.

– Клюет! – прошептал Ти-Джей.

Он подсек и потянул на себя. Я захлопала в ладоши, увидев попавшуюся рыбу.

– Ура, сработало! – воскликнул Ти-Джей.

Меньше чем за полчаса он поймал еще семь рыбин. Когда мы вернулись к шалашу, Ти-Джей отправился за дровами, а я почистила рыбу ножом.

– Где ты этому научилась? – спросил Ти-Джей, вернувшись из лесу. Он высыпал хворост из рюкзака на кучу в шалаше.

– Папа научил. Он всегда брал нас с Сарой на рыбалку в домик у озера, пока мы росли. И носил там дурацкую рыбацкую шляпу с блеснами на полях. Я помогала ему чистить улов.