Читаем На игле полностью

Я спустился вниз, сказав Хейзел и Джун, чтобы те оставались на балконе. Бегби, словно какой-то детектив-отморозок из романа Агаты Кристи, подвергал всех говнюков в зале перекрестному допросу. Было видно невооруженным глазом, что он разошелся не на шутку. Я опустился на колени, приложил вонючую тряпку, которой протирали стаканы, к разбитой голове раненого гопника и попытался остановить кровь. На все мои усилия этот гондон только что-то неразборчиво рычал, так что трудно было понять, то ли он выражает мне признательность, то ли собирается оторвать мне яйца, но я все равно продолжал оказывать ему первую помощь.

Один жирный козёл из группы отморозков подошел к другим парням — тем, что находились у стойки, и врезал одному из них головой. Тут всё началось по-новой. Телки визжали, парни изрыгали угрозы, толкали друг друга и били. Повсюду слышался звон стекла.

Отпихнув какого-то парня в окровавленной белой рубашке, я кинулся вверх по лестнице обратно к Хейзел и Джун. Какой-то мудак врезал мне по скуле. Я вовремя увидел его краем глаза и уклонился в сторону, так что удар пришелся вскользь. Я поворачиваюсь и слышу, как это чмо говорит мне:

— Ну валяй! Давай ответь!

— Пошёл в жопу, козёл, — говорю я и качаю головой.

Тогда этот пидор уже заносит руку, чтобы ударить меня, но его приятель хватает его, за что ему большое спасибо, потому что я не успел бы прикрыться. Говнюк в хорошей форме, и видно, что он может вложить в удар весь свой вес.

— Что ты, бля, к парню пристал, Малки? Он-то тут при чём?

Не дожидаясь конца разговора, я мудро сваливаю. Затем, взяв Хейзел и Джун, спускаюсь снова по лестнице. Малки, который напал на меня, теперь занят тем, что размазывает по стенке какого-то другого парня. В середине побоища образовался проход, я устремляюсь в него, волоча на буксире Хейзел и Джун к выходу из паба.

— Осторожно, ребята, здесь девчонки, — бросаю я двум парням, уже вставшим в стойку.

Один из них ныряет, устремляясь на противника, и нам удается проскользнуть. У выхода из бара в пешеходной зоне Роуз-стрит Бегби и один из гопников, тот самый, который всё время требовал двойную водку, пинают башмаками какого-то беднягу, лежащего на тротуаре.

— ФРА-А-АНК! — издаёт Джук вопль, от которого в жилах сворачивается кровь.

Хейзел хватает меня за руку и тащит прочь.

— ФРАНКО! ДАВАЙ! — кричу я, хватая его за руку. Он останавливается и созерцает плоды трудов своих, но отталкивает мою руку. Затем поворачивается ко мне, и на какое-то мгновение кажется, что сейчас он мне врежет. Такое впечатление, словно он меня или не видит, или не узнаёт.

Затем он говорит:

— Рента! Ни одна пизда не смеет становиться на пути у наших парней. Мы им это втолкуем, Рента. Мы им, бля, это втолкуем.

— Привет, приятель, — говорит Двойная Водка, сообщник Франко.

Франко в ответ улыбается ему и пинает в яйца. Я морщусь.

— Я тебя научу, как с людьми здороваться, — усмехается он и бьёт Двойную Водку по лицу, сбивая того с ног. Белый зуб вылетает, словно пуля, у парня изо рта и падает в нескольких футах от нас на плитку пешеходной зоны.

— Франк, что ты делаешь! — верещит Джун.

Мы хватаем мудака и волочем его за собой. Там, где мы только что были, уже воют полицейские сирены.

— Этот гондон, этот гнойный пидор и его дружки — это они подкололи моего брата! — вопит он в негодовании.

На лице у Джун появляется печальное выражение.

Всё это полное фуфло. Брата Бегби, Джо, подкололи в пьяной драке в пабе много лет назад. Было это в Ниддри, а драку затеял он сам, да и рана оказалась неопасной. К тому же Франко и Джо люто ненавидели друг друга. Тем не менее происшествие это стало для Бегби удобной моральной фальшивкой, оправдывавшей его периодические приступы бешенства и пьяные потасовки с местной публикой. Рано или поздно он нарвется. Это как пить дать. Просто я не хотел бы очутиться рядом, когда это случится.

Мы с Хейзел немного отстали от Франко и Джун. Хейзел хотела, чтобы мы расстались с ними.

— Неужели ты не видишь, у парня с головой беда. Лучше пойдём без них, — говорила она.

И тут я начинаю лгать ей, пытаясь оправдать поведение Бегби. Звучит это чудовищно. Ведь она сама видела, до чего он способен дойти. Лгать легко, пока мы делаем это в своем кругу. Мы сами, обманывая друг друга и себя, создали миф о Бегби, и Бегби вместе с нами уверовал во всю эту чушь. Мы сделали его таким.