Читаем Мы – мутанты полностью

Мы будто заново познакомились, хотя передо мной сидел прямо на полу – пусть на полу космического лифта, но все же на полу! – все тот же мужчина изрядно за тридцать, все с той же дурацкой прической и с двумя баллонами, наполненными БОВ «Гремлином». Ежу ясно, что весь этот его маскарад неспроста. Как и то, что он связался с чудо-следопытами и зацепил меня, чтобы, добыв химическое оружие, отправиться на Полигон и найти этот чертов лифт, который довезет нас – надеюсь, что не застрянет на полпути! – на самый верхний этаж.

– Савелий, почему ты так выглядишь? – в лоб, без экивоков задал вопрос я. – И что мы здесь делаем? Мы ведь теперь вдвоем, и если ты хочешь, чтобы я помог тебе, мне нужна информация.

Он не стал ломаться. Наверное, потому что с ним больше не было Орфея и Турка, о сиротах которых мне еще предстоит позаботиться по возвращении в Вавилон. Он начал с того, что ему стало страшно лететь в очередную космическую командировку на МКС, но он не мог открыто отказаться от работы: это вызвало бы подозрения, которых следовало избежать во что бы то ни стало, – ведь у этихнаверняка есть свои люди в НАСА и на Байконуре. Поэтому Савелий решил эпатировать ЦУП и господ из контролирующих органов своим внешним видом – новым и оригинальным. Демократия демократией, но даже в донельзя либеральных Штатах все астронавты выглядят, будто их клонировали в один день и лишь слегка подкрасили некоторым кожу до шоколадного цвета. А уж про порядки в Империи и подавно говорить не стоит… В общем, Фарт откровенно надругался над собой, – «Мне этот ирокез самому противен!» – чтобы его исключили из штата космонавтов очередной запланированной экспедиции.

Тут надо прерваться и отметить, что в наше тревожное время профессия космонавта уже не пользуется такой популярностью, как раньше, во времена моего детства. Нынешние киндерята больше не мечтают покорять таинственные просторы, усыпанные мириадами звезд, – и вовсе не потому, что новое поколение лишено романтики до абсолютной меркантильности. Нет, все дело в том, что профессия космонавта, и раньше не очень-то располагающая, чтобы дожить до глубокой старости, вообще стала жутко опасной. Столкновения с космическим мусором, аварии при стартах и просчеты изготовителей ракет стали такой обыденностью, что когда очередной экипаж добирался до МКС, это становилось событием из ряда вон. И уж если Савелий Фарт побывал в космосе аж восемь раз, то это означало: он не только поимел право засветиться в «Книге рекордов Гиннесса», но еще кто-то выше орбиты МКС очень ему благоволит, и потому Савелий – просто невероятный счастливчик. В конце концов, не зря же у него сама за себя говорящая фамилия.

– Да уж, Сава, тебя, правда, тяжело узнать в новом прикиде. Я вот только здесь…

– Макс, на это и был расчет.

– Но я не понимаю, почему ты… Если ты испугался лететь, мог бы просто уволиться да и все! – У меня возникло подозрение, что у Фарта крыша протекла, и он решил тайно проникнуть на МКС, чтоб отравить своих сослуживцев, которые чем-то ему насолили. Ну, как это бывает, когда съехавший с катушек «белый воротничок» приходит в посещаемый уже двадцать годков офис и открывает огонь из AR-15 по любимому боссу и его секретарше. Но я тут же отбросил эту версию как слишком сложную: нанимать бывших сталкеров, искать оружие массового поражения, а потом тащить его через весь Полигон и загружаться в космический лифт… – это слишком для того, чтобы завалить обидчика, какой бы сволочью он ни был.

– Да, уволиться было проще, – согласился со мной Фарт, – но просто уволиться – это значит навлечь на себя подозрения спецслужб, попасть в немилость руководства и даже правительства, лишиться заслуженных привилегий и до конца дней быть изгоем. Я же все-таки герой Империи, мне нельзя оказаться трусом… Нет, я не хотел окончательно ломать себе жизнь. Я просто собирался спасти Империю. И весь мир впридачу.

Я протянул руку, чтобы похлопать его по плечу – мол, круто, дружище, я сам обожаю спасать мир, это мое хобби. Но только я коснулся Фарта, как меня скрутило параличом, и я точно превратился в Савелия Фарта, человека-легенду, о котором снимают кино, пишут в интернет-газетах и о встрече с кем мечтают миллионы поклонниц возрастом от семи до семидесяти лет. Я узнал, почему Фарта переклинило насчет космоса, когда он, будучи в отпуске в Сочи, заново отстроенном после войны с Адлером, вдруг вспомнил, что и как на самом деле происходило на МКС.

Это было самое обыкновенное озарение.