Читаем Мы, Мигель Мартинес полностью

«Возьми меня отсюда, родной. Не могу больше держаться! А Сережа умирает, без Шуток, поверь. Держался до Августа кое-как, но Больше держаться не может. Если ли бы ты был, Леша, здесь, ты понял. Ощутил бы весь ужас. Большевики кричат об урожае, А на деле — ничего, На деле — гораздо голоднее Даже стало, чем раньше. И что самое страшное: Терпя, страдая, не видишь Слабейшей надежды на улучшение. Как билось сердце тридцатого Августа, когда на Садовой Я увидела у здания Городской тюрьмы толпу, разбивавшую Автомобиль Наркомпрода, услышала яростные, Злые крики «хлеба». Но Едва показался броневик, как Толпа разбежалась, словно зайцы.

Алексей, не верь газетам, Пойми, что наш чудесный Екатеринослав вымирает постепенно и Чем дальше, тем хуже. Алеша, мне известно, что Ты женился. Пусть так, Алеша. Но все-таки, Если ты человек, если Ты помнишь старую любовь, Выручи, умоляю, меня и Сережу от голодной смерти. Я готова полы подметать, Калоши мыть, белье стирать У тебя и жены. Юрий продался, устроился недавно Контролером в УКРВОД, он Лебезит передо мною, вероятно, Ему страшно, что я Выдам его прошлое. Все Екатеринославские без конца завидуют Тебе. Масса безработных, особенно Учителей, потому что школы Областной центр сильно сократил. Большинство металлургических заводов Стоят, закрыты на зиму. Сережа — большой, но помнит Своего папу. Он растет Русским. Целую, Лиза».

Именно сюда Кольцов вставил криптограмму «НАША БЕЛОБАНДИТСКАЯ ГАЗЕТА ПЕЧАТАЕТ ВСЯКУЮ КЛЕВЕТУ ОБ СССР». Чтобы прочитать ее достаточно было посмотреть первые буквы каждого пятого слова. Кроме того, были в этом письме еще некоторые неточности-ловушки, в которых редакция вляпалась «по самое нехочу».

Хорошо! Очень хорошо! Как он назвал свою статью? «От родных и близких». Вот, теперь смешивает это «Возрождение» с грязью! Хорошо! Иосифа Виссарионовича радовало, когда кто-то делал свое дело хорошо, проявляя при этом разумную инициативу.

Берлинская группа… вот тут интересно, зачем ему понадобилась встреча с этим… Вагнером? Так…

Он вызвал Поскрёбышева и попросил его узнать всю информацию о Мартине Вагнере, архитекторе. То, что можно найти без привлечения спецслужб.

Поздно. Засиделся. Пора домой. Похороны Ягоды? Завтра обойдутся без него.

* * *

Зубалово-4, дача Сталина

— Как поживает вождь всех народов мира?

— Как поживает вождь Ленинграда и окрестностей? — живо отреагировал Сталин на приветствие Кирова. Надежда Аллилуева с улыбкой наблюдала за общением старых друзей. Точнее, мало кого Иосиф считал своим другом. Просто и без каких-то там оговорок. Они с Кировым как-то так прикипели друг к другу, мало с кем он чувствовал себя так же легко и спокойно, мало кому мог так довериться. Нет, были соратники, но именно другом назвать… А этот человек был его другом.

— Кстати, ты ведь еще и вождь Баку, и кого там еще, не напомнишь? Астраханский вроде…

Настроение вождя, которое было итак не самым плохим, теперь стало вообще хорошим. Прибежали дети, которые при приезде Сергея Мироновича могли себе позволить чуть больше баловства, чем обычно, во всяком случае Надежда, весьма строгая с детьми, в такие минуты тоже позволяла себе расслабиться, и дети прекрасно это чувствовали.

— Переночуешь у меня… разговор есть… только не сейчас.

— Конечно, нет проблем.