Наконец, представим себе, что случится то, о чем исписаны горы книг умными людьми. Олигархов урезонят, и нефтедоллары польются рекой в закрома российского государства. Что будет с этими деньгами? Правильно, разворуют сразу же. Пошлют на восстановление мостов в Чечне — там давно уже каждый мост, судя по потраченным на него деньгам, многократно построен из чистого золота. Разворуют деньги чиновники, сегодня почтительно олигархов обслуживающие. Справедливо ли это: кто-то Чукотку завоевывал, шел сквозь револьверный лай, а кто-то в это время грел жопу в министерстве. И вдруг олигарх, этот боец-триумфатор принесет свое кровное чиновнику на блюдечке, потому что это, видите ли, народное. Не будет никогда такого. А если будет, то расстроится едва сложившийся слабенький механизм власти — разбогатевшие чиновники возомнят о себе и начнут создавать свою новую олигархию. Что обязательно вызовет войну между старыми и новыми, со стрельбой и взрывами. В войне кто-то победит — и все повторится сначала.

Нет, если разбираться с олигархами, то исключительно по принципу примитивного дихотомического деления. Их нужно просто разделить на патриотов-государственников и космополитов-предателей. Государственники — те, кто связывает свое будущее с Россией, и поэтому готов серьезно заниматься российской политикой, экономикой. Неважно, что он весь в офшоре, неважно, сколько денег нахапал — он сам этого, как правило, не знает. Важно, наш он еще или уже не наш.

Предатели — это уже не наши, это те, кто в России просто зарабытывают деньги и готовы в любой момент переселиться в заботливо купленный в Лондоне особняк. Предатели считают себя частью наднациональной глобальной элиты и на русских завинтили. Завинтим и мы на них. С предателями разговоры бессмысленны, их надо гнать от корыта поганой метлой.

Кого среди наших олигархов больше, патриотов или предателей? Честно скажу — не знаю. Но полезно было бы олигархов-патриотов хвалить и уважать, а предателей —позорить. И хотя отличить одних от других поначалу будет непросто, но деление это неизбежно. Как неизбежна победа олигархов-государственников. Не зря Березовский тянется домой, фильмы о себе заказывает на широкую ногу о том, какой он крутой и как всех замочит. Грустно ему в Лондоне: никто он там, грязный мошенник с грязными деньгами из дикой России, которого благородные демократы-англичане терпят только потому, что денег этих много. Хватает на то, чтобы купить и этих демократов.

Впрочем, ожидать появления нового мессии из рядов березовских — занятие неблагодарное. Что замечательно, Березовский даже в Думу заглядывал, но не прижился.

Наверное, был слишком деятельный и конфликтный. К тому же, перепутал амплуа. В Думе взятки берут, а он, как настоящий олигарх, настроен был взятки давать. За что его в Думе должны были бы на руках носить, но вот как-то не сложилось.

Есть еще одна трудность. У наших олигархов, даже самых патриотичных, отсутствует стимул заниматься политикой лично. Они дадут деньги, СМИ, людей, но сами лезть в президенты не будут — у них и так уже есть всё, включая власть. Но это всё они норовят потратить исключительно на себя, пытаются утащить с собой в могилу. Это типично не только для России. Очень похожая картина в бывших соцстранах, где прошла приватизация. Замки, машины, яхты, топ-модели — в смысле длинные, тонкие и постоянно голодные курвы. Всё и сразу, а потом хоть потоп, хоть трава не расти, гори оно всё за моей спиной синим пламенем.

Когда мы подозреваем сегодня кого-то из олигархов в патриотизме, мы им страшно льстим. И тем не менее подозрение это небезосновательно: большинство этих людей на Западе жить не захотят и не смогут. Значит —наши, значит — патриоты, значит — молодцы.

Слабость лидерства на официальном уровне государственной иерархии в России сегодня компенсируется силой неофициальных параллельных структур власти, которые сначала называли словом «мафия». Потом перестали называть — мафией сегодня кличут безобидных шестерок, возящих героин поездом Душанбе-Москва. Прижилось слово «авторитет», «авторитетный».

Вполне возможно, что новые вожди России и других посткоммунистических стран выйдут из этой среды авторитетов. Во всяком случае, сегодняшний смотрящий вор в законе обладает большей властью, чем официальные структуры. И появление авторитетов на выборах губернаторов и мэров крупных городов может оказаться только началом.

Россия всегда была разбойничьей страной, в России разбойники много раз объявляли себя царями и собирали под свои знамена грозные армии. И если сегодня обычные люди обращаются не в милицию, а к авторитету для решения своих проблем, то в появлении царя-разбойника была бы бесспорная логика.

Российские наполеоны

С самого начала перестройки раздавались голоса о военной диктатуре и русском Пиночете. Идея эта оживала многократно и не умерла до сих пор. Идея утопическая, но важная, потому что воинская мощь народа есть, вероятно, главный объективный показатель его силы и жизнеспособности.