— Города гномов больше нет, — невольно переходя почти на шепот, произнес Мегреб, — полностью разрушена вся гора. Отчего, почему — никто не знает. По всем крепостям тревога. Некоторые советники считают, что это происки империи и ожидают со дня на день вторжения. Сама знаешь, без поддержки гномьих боевых механизмов отбить нападение будет очень тяжело.

— Знаю, — согласно кивнула враз задумавшаяся принцесса. Затем спросила в ответ, — но пока империя не напала?

— Пока нет, — ответил султанзаде, — и скопления войск на границе не видно, но, возможно, это какой-то отвлекающий маневр.

— Понятно. — Больше вслух Ниике-султан ничего произносить не стала. Но будучи девушкой весьма не глупой и вполне образованной, она не стала сходу назначать империю виновницей всего, а внезапно подумала о муже.

— Может это ты, Паша, — прошептала она, прижав руки к груди, — может это ты ищешь способ меня освободить?

Глава 18

Рывшаяся тайком в склоне горы стихийно сбившаяся в ватагу группа старателей состоящая из жителей Салиса, пользуясь покровом ночи, усиленно долбила камень и разбирала завалы, стараясь добратьсяя до сокровищ Гардункара. Таких как они было не мало, но и гора была огромной, даже после того как уменьшилась наполовину и поэтому до конфликтов не доходило, хотя при случайной встрече все и хватались за оружие, напряженно провожая друг-друга пристальными взглядами. Толковых находок тоже пока не попадалось, хоть и старались рыть там где когда-то были выходы на поверхность из гномьего города.

— Тс-с, — произнес один из стоящих на стрёме, привлекая внимание остальных. Приподнялся, вглядываясь в темноту.

— Что там? — свистящим шепотом спросил тихо подобравшись к нему второй.

— Показалось, — медленно произнес старатель, продолжая, однако, вглядываться в темноту, — может птица была. Что-то промелькнуло, но сейчас тихо.

— Ладно. Но смотрите в оба. Мы хоть и не нашли пока вход, но Растик божился, что точно должен быть где-то здесь.

Прекрасно слышавший весь их произносимый шопотом монолог, Глушаков, замерший и прижавшийся к камням, в паре десятков метров от лагеря старателей, только кривовато ухмыльнулся, и вновь двинулся дальше. Его тоже интересовала гора, вот только не сокровищ ради.

— Значит всё, нет больше гномов? — Пробормотал он, зондируя скалу на предмет пустот и полостей, — Интересно. Не ты ли Паша тут покуролесил? Там от дворца рожки да ножки остались и триста янычар одним махом из строя вывел, здесь гору разрушил. Но что ни делается, всё к лучшему. Коммунизм в окружении врагов нам в империи не построить. Да и войной не вариант, проходили, знаем. А вот так, по тихому, отлично. И люди целы, — бормотал себе под нос трудовик, пытаясь определить, точно гномам конец пришел или выжил кто.

Тут внезапно, чуть выше по склону, куча камней задрожжала, скала под ногами завибрировала и наружу, с лязгом и скрежетом пробилась шишковатая коническая головка с полметра диаметром. Пробила отверстие, а затем, двигаясь из стороны в сторону, принялась расчищать проём.

Спустя минут пять, выбросив в воздух густое облако каменной пыли, рабочий орган проходческого комбайна, знакомого Сергею еще по Земле, и, как оказалось, вполне освоенного гномами, исчез обратно в созданном проходе и оттуда, наружу выбралась тройка выживших гномов.

— Пробились, Хрюкотодыр, — завопил один из них, — чтоб у меня настоящая борода проросла. Пробились! Думал сдохнем там. Но ничего, давайте бегом вниз, скажите остальным, что путь открыт. Ух, кто бы это не сделал, — гном погрозил кулаком в воздух, — Я до тебя доберусь, не будь я могучий Трахтенбург.

Укоризненно качнув головой, не замеченный никем Глушаков молча обнажил клинок, пробормотал, — Не порядок. — А затем, неслышно приблизился со спины к продолжавшему сыпать угрозы непонятно кому коротышке.

Коротий взмах и голова гнома слетела с шеи покатившись вниз, пока не зацепилась рыжей бородой и не осталась висеть словно странный и страшный знак на одном из валунов, а трудовик, неслышимой тенью проник в проход, идя по следу оставшейся пары.

Угрозу следовало ликвидировать, пока подземный народец не нашел способа снова расплодиться.

* * *

— Нет! Не убива… — бандит захрипел, хватаясь за рукоять кинжала торчащую из груди. На губах запузырилась кровь, а из горла раздался вибрирующий полный безнадеги хрип умирающего.

— Не стоило вам нападать на мирного путника, — негромко произнес, откидывая платок с лица Глушаков, еще раз пробегая взглядом по замершим в подворотне телам. Присмотревшись к тому, что просил не убивать, он заметил выбившуюся из под грубой тканевой накидки форму городской стражи. Впрочем, мужчину мало интересовало, раздел ли бандит стражника или сам им был до недавнего времени. С покусившимися на его жизнь у него в любом случае был разговор короткий.

Где-то далеко завыла собака и завкафедры недавно созданной инженерной магии пошел вдоль узкого проулка, углубляясь всё дальше в, ставшие чрезвычайно опасными, после падения гномьей горы, трущобы Салиса.