Читаем Муза полностью

"Очень мило с твоей стороны", - сказал он, его глаза остекленели. "Но, если ты не трахнешь меня в ближайшее время, я буду думать о тебе плохо".

"Этого не может быть". Я потянулся к ящику тумбочки и нащупал там презерватив и маленький флакончик смазки. "Я хочу, чтобы это было хорошо для тебя".

Теперь была его очередь выглядеть мрачным.

"Это и так прекрасно".

Я поцеловал его, глубоко и долго, затем сделал паузу, чтобы смазать пальцы. Опираясь на одну руку, я лег на него и потянулась между его ног, чтобы осторожно раздвинуть их. Его теснота заставила меня застонать, и я не мог представить, что весь мой член будет в нем. Я целовал его губы, подбородок, шею, а затем снова добрался до его рта, которым не мог насытиться. Один палец превратился в два, и я надавила на чувствительную точку внутри него, заставив его выгнуться дугой в моей руке. Он стонал, сжимая в кулаки простыни, пока я вводил и выводил пальцы. Затем я добавил третий, все время наблюдая за ним, проверяя.

Наконец, он покачал головой, задыхаясь и потея. "Хватит этих чертовых пальцев, Коул. Дай мне свой член".

"Такой требовательный".

"Я бы не был требовательным, если бы..."

Я заставил его замолчать еще одним поцелуем. "Положительная сторона этого нового развития. Я наконец-то нашел способ заткнуть тебя".

В ответ он зарычал и прикусил мою нижнюю губу, и я рассмеялся. Амбри был похож на необузданную дикую кошку, все зубы и когти.

И все мои...

Я сел, опираясь на его бедра, чтобы надеть презерватив. Я погладил свою длину смазанными пальцами, а затем устроился между его ног, чтобы выровнять себя. Амбри вдохнул и отпустил. Медленно я вошел в него на дюйм. Его следующий вдох был шипением, и мой взгляд подскочил вверх.

"Хорошо?"

Он кивнул, выдохнул. "Еще..."

Я медленно надавил. Еще дюйм. Боже, он был таким чертовски тугим.

"Я знаю, что ты делаешь", - сказал он, напрягаясь от желания взять меня. "Перестань быть осторожным".

"Я отказываюсь причинять тебе боль".

"Ну и кто теперь говорит слишком много?" Он приблизил мой рот к своему, а затем потянулся вниз, чтобы обхватить мои бедра и втянуть меня глубже в себя, пока я не погрузилась в него до упора.

"Ах, черт, Амбри..."

Я застонал от внезапной тесноты вокруг меня, сжимающей мой член в идеальном давлении. Я медленно отстранился, затем снова вошел, одновременно опускаясь ниже, желая еще больше прижаться к коже. Наши глаза встретились, и то, как хорошо это было, поразило нас одновременно. Я не мог удержаться от улыбки, а Амбри... Господи Иисусе, его выражение лица в этот момент почти уничтожило меня.

Я поцеловал его и стал двигаться быстрее. Его пятки уперлись в заднюю поверхность моих бедер, вгоняя меня еще глубже. Мои толчки становились все более настоятельными. Кровать заскрипела, пот выступил на моем подбородке, и он слизнул каплю, а потом мы снова поцеловались. Отчаянное скрещивание ртов, прерываемое скрежещущими движениями, которые сотрясали нас обоих.

"Чертовы боги, Коул", - вздохнул он. "Так хорошо".

"Каждый раз. Я хочу, чтобы так было каждый раз для тебя".

Он покачал головой. "Не надо. Это слишком".

Гнев вспыхнул во мне белым пламенем. Тот, кто так сильно обидел его в жизни, оставил его неспособным принимать доброту. Внимание. Как будто он не заслуживает этого или не знает, что с этим делать. Я поклялся изменить это, а пока я трахал его так, как он хотел. Когда он потянулся к своему члену, который был зажат между нами, я отбросила его руку.

"Не трогай то, что принадлежит мне", - прорычал я.

Его глаза вспыхнули. "Тебе нужна выставка в галерее каждую ночь".

Я взял его твердый член и погладил его в такт своим движущимся бедрам. Он издал придушенный звук и быстро кончил на мою руку, горячий и густой. Я поднес пальцы ко рту, пробуя его на вкус, а затем опустился ниже, чтобы поцеловать его. Чтобы заставить его попробовать нас обоих. Его поцелуй был обжигающим и побудил меня ускориться, наши бедра задвигались, а влажные звуки наших тел довели меня до грани.

"Коул", - сказал он, задыхаясь от каждого глубокого толчка моего члена. "Приди. Кончи в меня прямо сейчас".

Мое тело повиновалось, и оргазм пронзил меня с такой силой, что я издал крик, который, казалось, был заперт во мне годами. Именно этого я и хотел - идеальной гармонии между сырой потребностью и связью, которая жила между биением наших сердец.

Амбри забрал все, что у меня было, и я рухнул на него сверху, его пот и его освобождение слили нас воедино. Я обхватил его руками за плечи, чтобы прижаться к нему, запустив одну руку в его волосы. Он обхватил меня, наши ноги спутались, его лицо было в ложбинке на моей шее.

"Я тяжелый".

"Да, тяжелый", - сказал он и крепче прижал меня к себе.

Наши груди синхронно вздымались, когда мы вместе ловили дыхание. Я осторожно отстранился и свернулся в бескостную кучу рядом с ним. Я ожидал умного замечания или шутки, но Амбри лежал на спине, уставившись в потолок, с нечитаемым выражением лица.

"Привет. Ты в порядке?"