— Хорошо. Прежде всего мы должны позаботиться о том, чтобы перейти на метрическую систему. Поначалу я думал, что мы сможем обойтись английскими единицами измерения. Но не получается. «Шизока» не хочет переходить на дюймы. Нет смысла даже поднимать этот вопрос. Поэтому все чертежи нового автомобиля будут выпущены в метрических единицах. К счастью, нам не придется переналаживать все детройтское производство, потому что двигатели и элементы привода будут изготавливаться в Японии. Но вот оборудование для производства корпусных деталей и каркасов придется переналадить. Следующий вопрос: где мы возьмем деньги?

— Где?

— Я вложу часть своих. Получу за это акции. Лорену и Номеру Один это не нравится, но и я не хочу делать компании такие подарки. Я уговорил один нью-йоркский банк поучаствовать в этом проекте Компания сейчас не в лучшей форме. В финансовых терминах это рискованное вложение капитала.

— А как будет выглядеть новый автомобиль?

— В Детройте таких еще не производили. Компакт, но не такой, так «фалкон» или «корвэйр». Если раньше упор делался на округлости, то мы отдаем предпочтение угловатости. Капот будет скошен книзу. Обращенную к багажнику сторону заднего сиденья сделаем профилированной. Таким образом мы сможем увеличить полезный объем: багажник будет "Доходить чуть ли не до передних сидений. Это будет совсем другой автомобиль. — А как реагируют старик и мой отец?

— Номер Один продолжает возвращать эскизы. Скругляет углы.

— А отец?

— Ни во что не вмешивается, как и обещал. Но ему это очень не нравится, тут у меня сомнении нет. Поэтому я все время оглядываюсь, а нет ли кого за спиной.

— Не доверяй ему, Анджело. Помни, как он вел себя раньше. Помни, как он тебя отделал. Он тебя ненавидит. Я в этом уверена. И еще эта женщина, Роберта. Она куда умнее его. Отец полностью у нее под каблуком.

Анджело улыбнулся.

— Как я понимаю, ты ее не любишь.

— Речь идет о наследстве, Анджело, о наследстве Энн, моем, моего сына. Мой прадед говорил, что намерен оставить все принадлежащие ему акции «Вифлеем моторс» и прочее имущество семейному фонду Хардеманов. Мой отец, естественно, станет одним из попечителей, и он введет в совет фонда достаточно пешек, чтобы обеспечить себе полный контроль над ним, даже если Энн и я тоже станем попечителями .Я не удивлюсь, если среди членов попечительского совета окажется и Роберта.

— Меня интересует лишь создание нового автомобиля, а не семейные проблемы Хардеманов, — ответил Анджело.

— Ты уже не будешь строить автомобили, если мой отец подомнет под себя фонд, — возразила Бетси.

— Он не допустит развала компании, — покачал головой Анджело. — А так и будет, если он разорвет заключенный со мной договор. Банк дает компании деньги только потому, что парадом командую я.

— Отец лелеет дьявольские замыслы, а Роберта ему в этом только помогает. Я думаю, он пустит компанию ко дну, если сможет утащить вниз и тебя. И для него это будет успехом, а не провалом.

— Я запомню твои слова, — кивнул Анджело.

— А теперь ты хочешь меня.

— Да. Не могу устоять перед тобой, Бетси. Хочу, но не могу.

— Объяснить, почему это происходит?

— Почему?

— Потому что ты знаешь, как я тебя люблю. Да, у меня прекрасное тело, но все это есть и у других женщин, которые у тебя были и будут. Но я тебя люблю, ты это знаешь и не можешь оттолкнуть меня.

Анджело со вздохом кивнул.

— Ты права. Не могу. И не могу оставить жену и детей...

— Давай не будем к этому возвращаться, — оборвала его Бетси. — Сейчас у нас нет времени, чтобы поговорить об этом. Лучше примем вместе душ, я хочу кое-что сделать.

Анджело встал, поднял Бетси на ноги и обнял, чтобы поцеловать.

— И что же ты хочешь сделать? — прошептал он. Она начала расстегивать его рубашку.

— Будучи подростком, разве ты не представлял себе, как девушка вылизывает тебя снизу доверху, от пальцев ног до ушей? Именно это я и собираюсь сделать. Я никогда не пробовала, может, у меня пересохнет во рту до того, как я доберусь до ушей, я буду продолжать, пока смогу. К тому же ты знаешь, куда я иногда сую свой язычок. Интересно, что ты почувствуешь, если я предварительно окуну его в коньяк?

— Однажды я опустил в коньяк свой конец. Жжется.

— А может, в заднице это жжение доставит тебе удовольствие. Попробуем?

Он кивнул.

— Почему нет?

4

В последний день пребывания Анджело в Японии Кейджо Шигето отвез его на скоростном поезде в Нагою, город, отстоящий от Токио на сотни миль. Кейджо предложил Анджело показать там нечто очень интересное.

— Мы не сможем это использовать в разрабатываемой модели, — заметил Кейджо, — но в будущем... я думаю, то, что я вам покажу, произведет на вас впечатление.

На станции их встретил шофер и отвез в испытательный центр, где инженеры фирмы «Шизока» проверяли на практике свои новые разработки. Центр, естественно, тщательно охранялся, за забор пускали только по пропускам.