Читаем Мустанг полностью

Тем не менее ручей не мог полностью скрыть следы. Они будут видны на мягком дне примерно в течение часа - ручей тек не слишком быстро, а вода в нем была прозрачной. Поэтому в нескольких местах я свалил нависший над руслом берег, чтобы замутить воду и добавить в нее грязи, которая быстрее заполнит илом отпечатки копыт. Пройдет немало времени, прежде чем ручей опять станет прозрачным.

Индейцы позволили мне уйти из-за уважения к моей смелости или потому, что искали жертву побогаче, тем не менее молодые и безрассудные воины могли передумать и броситься за мной в погоню, особенно если им понравился мой конь или оружие.

Попеременно ведя мустанга шагом и рысью, я ехал и внимательно оглядывал местность, стараясь заметить малейшее движение, не забывая проверять тропу, по которой прошел. Постоянно попадались антилопы, иногда встречались разрозненные стада бизонов, становившиеся все более многочисленные по мере продвижения на север. Индейцев я больше не видел.

Один раз я наткнулся на колею фургона, но она оказалась старой. Я поехал по ней, каждый вечер останавливаясь на ночевку около воды, иногда залежываясь до полудня, чтобы дать мустангу возможность отдохнуть и попаститсь на сочной траве.

Местность становилась все суровее. Я зарос щетиной, кости и мышцы болели от усталости. Временами казалось, что я наполовину состою из пыли и песка, а в воде постоянно ощущался привкус извести. Каждый вечер я проверял и чистил оружие на случай непредвиденной неприятности.

Где-то на севере лежал мексиканский городок Ромеро. Он был небольшим, но старым. Народ там по-дружески относился к индейцам и говорили, что в Ромеро обосновались немало команчерос. Команчерос - торговцы с краснокожими - продавали им оружие, получая взамен все, что индейцы награбили у белых, переселявшихся на запад. Никто не любил команчерос, даже сами мексиканцы. Лично я никогда не верил в то, что некоторые горожане Ромеро торгуют с индейцами.

Но прежде всего мне надо побывать в Боррегос Пласа, до поселка осталось немного... по здешним меркам.

На рассвете я спустился в каньон Пало Дуро, чувствуя охватившее меня напряжение, потому что это была земля команчей. До заката отдыхал в зарослях ивы, а мой мустанг пил свежую, чистую воду и щипал сочную зеленую траву. Когда тени стали длинными, я оседлал его и разыскал выход из каньона. Выбравшись на равнины, вздохнул посвободней.

Крохотное кафе в Боррегос Пласа было ярко освещено, когда я шагом подъехал к поселку по тропе. Лаяли собаки, то тут, то там в темных проемах дверей улавливалось движение. Народ в Боррегос Пласа был гостеприимный, однако живущие здесь мексиканцы научились остерегаться незнакомцев. Земля здесь дикая и суровая и те, кто ездит по ней, часто перенимают характер земли.

Спрыгнув с седла напротив кафе, я привязал мустанга и, нагнув голову, прошел в низкую дверь. Одну стену занимал бар футов двадцать длиной, перед которым стояли четыре столика со стульями. За баром стоял толстый мексиканец в белой рубашке, положив локти на стойку. Возле него, потягивая выпивку, расположились два одетые в кожу вакеро. За одним из столиков сидели двое мужчин постарше, у одного волосы были седыми.

Кафе было маленьким, безукоризненно чистым и прохладным, с тем ощущением просторности, которое возникало во всех мексиканских домах. Все повернулись ко мне - высокому, покрытому пылью дорог парню. Я подошел к бару и заказал выпивку.

- Издалека, сеньор?

- Да... Нарвался на боевой отряд кайова.

- Вам повезло. Вы все еще живы.

- Индейцев не поймешь. Я проехал прямо через их колонну, но никто и пальцем не шевельнул.

Сидящие в кафе обменялись взглядами. Все понимали, сколько требовалось смелости, чтобы проехать рядом с боевым отрядом индейцев, понимали, что если бы я выказал слабость, меня уже не было бы в живых, однако никто не знал, как страшно мне было, а я не собирался об этом рассказывать.

- Вы голодны, сеньор? Садитесь, сейчас жена принесет вам ужин.

- Gracias.

Я подошел к столику и устало опустился на стул, затем снял шляпу и причесался пятерней. Спать хотелось так, что я мог бы заснуть прямо за столом.

Сеньора принесла говядину с бобами, лепешки и кофейник. Было поздно, и посетители стали расходиться. Мексиканец вышел из-за стойки, сел за мой столик и налил кофе.

- Меня зовут Пио. Хотите становиться здесь?

- Нет. Я так долго спал под открытым небом, что в комнате просто не засну. Заночую под деревьями.

- У вас не будет неприятностей. Здесь живут хорошие люди.

- А чужие в поселке есть?

- Вчера проезжал один... но надолго он не останавливался. Вел себя так, как будто его кто-то преследовал.

Он посмотрел мне в глаза, но я лишь усмехнулся. - Вы неправильно меня поняли. Я просто еду на север в Ромеро, а если повезет, то может быть отправлюсь дальше, на прииски в Колорадо.

Я видел, что мексиканец мне не поверил, однако он промолчал, очевидно надеясь, что я расскажу еще что-нибудь.