Читаем Муссон Дервиш полностью

Мой совет, если хотите вернуть украденные вещи, забудьте о полиции. Полиция здесь слишком занята, плохо оплачивается, коррумпирована, плохо организована и неэффективна.

Она состоит из множества подразделений и совершенно невозможно понять, кто за что отвечает. Телефоны не работают, связи почти нет. Лучше всего прогуляться по главному рынку, возможно ваши вещи будут в продаже.

С тех пор, как я впервые написал эти строки, ситуация получила неприятное развитие. Тео — круизер одиночка из Швейцарии, был ранен ножом и ограблен на борту своей яхты всё там же, в Диего Суарес. Однако он сумел вернуть всё похищенное и впоследствии опять вернулся на Мадагаскар. Позднее я видел много заброшенных западных яхт пришвартованных в самых разных местах Мадагаскара. Шкипер умер, подробности всегда туманные и неубедительные. Часто можно было услышать о найденных в море дрейфующих лодках перевозивших ваниль, водоросли или голотурий, покинутых или с мёртвым экипажем, но это вряд ли имеет отношение к круизингу.

Один итальянский синдикат посетила блестящая идея, возить дорогостоящую контрабанду из Носи Бэ на подводной лодке. Они купили старую субмарину, загрузили её товаром и сели на мель на входе в порт. Таможенникам осталось лишь прийти за ними во время отлива.

Кроме криминального воровства здесь существует и узаконенный грабёж. Власти.

Избегайте их если это возможно. Визы и разрешения, это тотальный хаос. Законы и правила меняются каждые несколько месяцев и имеют огромное количество исключений и особых случаев. Попытки обосноваться на Мадагаскаре мучительны, дороги и обречены на разочарование. Чтобы получить годовой вид на жительство требуется восемнадцать месяцев, но срок его действия исчисляется с момента подачи документов, поэтому в момент получения он уже шесть месяцев как просрочен. Бюрократическую машину можно подмазать соответствующей смазкой, но обычной взятки недостаточно. Проблема в том, что каждый запрос должен быть утверждён центральными органами в Антананариву, а местные властители прикарманивают все деньги. Если вы на своей лодке, то есть вариант, не заходить в таможенные порты, останавливаться в других местах. Здесь не существует береговой охраны, а военные лодками не интересуются. Население властей опасается и не сотрудничает с ними, а остров велик. Правда вокруг Носи Бэ похоже начали проводить патрулирование, особенно в близлежащем Носи Комба. Но Носи Бэ всегда был головной болью, он быстро превращается в ещё один Кута Бич[2].

Было бы глупо обобщать и пытаться описать народ в нескольких параграфах, но из за этого воровства и инцидентов очень трудно рассмотреть то привлекательное, что есть на Мадагаскаре. Конечно это не рифы, на которых выловили почти всю рыбу, и не эродирующий, в результате вырубки леса, ландшафт. Для меня это малагасийцы, «Мальгаши» - как они себя называют, жители Мадагаскара, они очень отличаются от всех кого я знал раньше. Их концепция восприятия времени уникальна. Насколько я понял, прошлое и будущее у них свободно переплетаются а настоящее неопределённо. У них нет стремления к постоянству, любое временное обустройство считается достаточным, ведь завтра может и не наступить. Составляя коротенький рабочий словарик диалекта Сакалава, я никак не мог выяснить перевод слов «когда» и «почему». Я спросил менеджера ресторана, который великолепно говорил по французски, он смутился, так как прекрасно понимал значение слов на французском, но не мог подобрать перевод на родном языке. - Погоди немного, мне надо подумать. - сказал он. Позже он привёл два мальгашских слова точно переводящихся как «когда» и «почему» с официального языка, но я никогда не слышал этих слов в повседневной жизни. Люди здесь никогда не спрашивают почему и когда. Интересно ещё и то, что в мальгашском языке нет слова «проблема», они используют слово французского происхождения. Похоже, что у них не было проблем до прихода «ваза», как они называют всех светлокожих.

Мальгаши не любят, когда их называют африканцами, и они ими не являются. Их предки приплыли сюда на больших балансирных пирогах из Индонезии и за последние 1500 лет разрослись в 18 племён. Племена Бетсилеа и господствующие Мерина, с центрального плато, сохранили малайские черты и светлую кожу, тогда как мародёрствующие толпы Сакалава на северо западном побережье, абсорбировали много африканской и арабской крови. Даже в пределах одной деревни различия могут быть очень сильными. Люди знают об этом и могут распознать этническое происхождение каждого индивидуума, но здесь нет расовой дискриминации.