Читаем Мурмир полностью

– Ты хотел намного худшего. Ты хотел меня искалечить. Вместе со всем миром, – ответила я. – Но я здесь не для того, чтобы высказывать обвинения.

– Тогда зачем?

– Я хочу вернуться.

– Вернуться? Куда? – неподдельно удивился Марк. Мне стало не по себе, но ответить было необходимо:

– Туда, откуда я здесь оказалась. В то заброшенное здание, где стояла твоя машина. Или в любое другое, мне всё равно. В тот день, когда ты пытался разрушить наш мир. Или лучше – день до этого… Ты и я как-то сюда попали, значит, должен быть и обратный путь.

– В наш мир? – выражение лица Марка стало задумчивым. На несколько секунд он замешкался, но затем принял какое-то решение, и его взгляд снова стал твёрдым. – А как давно ты здесь?

– Несколько недель, – ответила я. И в этот момент поняла, что мой бывший муж оказался в этом мире намного раньше. Он ведь должен был успеть создать банк с хорошей репутацией, да и то, как Марк держался, было больше похоже на Ольгу и Олега, чем на меня. В нём будто бы и вправду не осталось ничего от того кота, который был второй частью, природным телом моего мужа.

– Как давно ты переворачивался? – вопрос сам сорвался с языка, я не собиралась его задавать.

– Переворачивался? – настал черед Марка удивленно вскидывать брови. – Здесь это невозможно. Да если бы и было, мне это давно не нужно.

– Не нужна часть тебя? – начала я и тут же спохватилась, осознав, что провоцирую наш вечный неразрешимый спор. – Нет, давай не будем об этом. Я просто хочу вернуться. И думаю, что если ты смог отправить меня сюда, то сможешь и обратно.

Уверенности у меня не было. И я, и Марк прекрасно знали, что я не сильна в законах физики, тем более связанных с временными петлями, пространственными и прочим – не стану даже утверждать, что адекватно владею терминологией. Физика всегда была «коньком» Марка. Я неплохо разбиралась в мифологии, литературе, языках и этикете – в этикете особенно хорошо. Но мои знания в этом мире оказались бесполезными – кроме, пожалуй, языка. И умения адаптироваться. Тем больше у меня причин вернуться назад, туда, где востребованы и мои знания, и я сама.

– Всё не так просто, – подтвердил бывший муж мои худшие подозрения. – Я понятия не имею, как ты попала сюда. До сегодняшнего дня я был уверен, что убил свою любимую жену. Пусть и бывшую. Так что был крайне удивлен, увидев тебя. Ну и представление ты устроила! Специально искала меня?

Не было смысла отрицать очевидное. Я молчала, и Марк продолжил:

– Сначала у меня были сомнения, но когда я взглянул на крупные планы на камерах… Я ни с чьим не спутаю твоё лицо! Я хочу знать всё, что случилось с тобой с того момента…

– Момента, когда ты переступил через мою жизнь, чтобы реализовать свои планы?

– Да, – кивнул Марк. Он не извинялся и не раскаивался, просто констатировал факт. – Но, как я уже говорил, я рад, что ты выжила.

– И я, – согласилась я холодно. – Но я бы предпочла быть не только среди выживших, но и среди своих друзей и близких. В привычном мне мире, а не здесь…

– А чем тебе не нравится здесь? – поинтересовался Марк. – За несколько недель ты вряд ли многое узнала… Побудь подольше, присмотрись.

– Мне нужно моё природное тело. Я не смогу быть так далека от природы, как здешние люди, – без тени сомнения заявила я.

– Ты можешь привыкнуть. Это намного проще, когда природными телами не обладает никто.

– Ты-то знаешь, о чем говоришь, – снова ирония. Мне нужно быть мягче, чтобы убедить Марка помочь мне. Но он говорил вещи, которые задевали меня за живое – и знал об этом.

Кажется, чуть раньше он заявил, что тут невозможно переворачиваться. Значит, он не видел фотографию кошки на моем телефоне и не знает, что мне это удавалось. А может быть, и не узнает. Нужно подумать, можно ли как-то это использовать. Впрочем, подумать я могу и потом. Сейчас важнее всего убедить Марка вернуть меня домой.

– Я хочу домой, – сказала я со всей возможной мягкостью. – И искала тебя, чтобы попросить о помощи.

Марк колебался. Я не могла понять, с чем это связано: с тем, что он не может или что не хочет меня вернуть? Это вполне в его стиле – не отпустить любимую женщину от себя, мало считаясь с её чувствами. И почему он никак не поймет, что со мной такой подход не работает? Разве развод – не самый сильный аргумент, чтобы изменить свое отношение к людям, особенно тем, что тебе не безразличны? Но, похоже, Марк считал иначе… Он помолчал ещё немного, а потом произнес:

– Я хочу знать всё, что случилось с того момента, – мне не надо было повторять, о каком моменте он говорит. Видимо, он прочел в моих глазах сомнения – стоит ли открываться человеку, который не очень-то считался с твоим мнением, а один раз не посчитался и с жизнью? И бывший муж добавил:

– Мне это может помочь отправить тебя обратно. Если это вообще возможно…

– Час назад ты считал, что невозможно моё присутствие здесь, – напомнила я.