Очнулась в совершенно незнакомом месте и с жуткой болью во всем теле. Открыв глаза, поняла сразу – место не то, где её ударило. И ничего похожего на окрестности. Не больница. Небо над головой, под боком трава. Лесопарк? Впрочем, какая разница, намного важнее проверить своё тело – оба своих тела. Кажется, сейчас она в природном. Голова немного кружится, но вряд ли есть серьезные травмы – скорее, последствия удара и шока. Закрыла глаза. Снова открыла. Сознание немного прояснилось. Лапы шевелятся – видимо, переломов нет. Больновато, но вполне терпимо. Уже лучше, чем после удара. Спина, живот и бока тоже болят, но не сильнее, чем после тяжелого перехода или долгой охоты. Кажется, несколько ушибов – всё, чем она отделалась. Если не считать хвоста. Нет, сильной боли не было, но на нем запеклась кровь, очень много крови. Такая рана должна болеть намного сильнее, и это тревожило: шок? Или что-то другое? Придет ли боль позже или случилось нечто ужасное? Что-то не так с хвостом, и он утратил чувствительность? Пошевелив им, она разбередила рану – оттуда потекла ярко-алая струйка крови. Плохо. Очень плохо даже в этом теле, а уж в вертикальном – страшно даже представить. У вертикального тела нет хвоста, поэтому его травмы в природном – самые неприятные. Мало того, что это и так довольно чувствительная часть организма, так ещё никогда не знаешь, каким образом подобные травмы отразятся на теле вертикальном. Страдали, конечно, либо спина, либо ноги, но выяснять это само по себе тоже не являлось приятным. К тому же ходили истории, что у кого-то подобные травмы отражались на голове. Она всегда считала подобные истории скорее страшилками для детей, чем реальными фактами, но хорошо думать так, когда твой хвост в порядке. Сейчас страх рисовал картины одна хуже другой.

Сколько ни рассуждай, как ни бойся, а способ выяснить всё существует только один. Она сосредоточилась, постаралась отгородиться от боли, собралась с мыслями и силами, чтобы перевернуться.

И ничего не вышло. Такого за всю её жизнь не случалось ни разу. Несколько вдохов, чтобы успокоиться. Ещё одна попытка. Затем – ещё. Ничего. Каждый раз – ничего. На неё накатила паника. Ей нравилось это тело, но оставаться в нем всю жизнь, не имея возможностей, которые давало второе? Она прекрасно знала, каково это. Воображение снова услужливо подбрасывало сценарии один хуже другого. Она забыла об осторожности и о том, что совсем рядом вполне мог оказаться враг. «На помощь!» – как можно громче закричала Мауйя.

Громкое кошачье мяуканье эхом разнеслось по окрестностям.

2

Он же ей не вычеркнет

Начерно,

Не перечеркнет,

Не переиначит.

Он ее услышит,

Он один поймет

Причины,

По которым она всё ещё

Часто плачет,

А это значит,

Что он любит её.

Он её не выключит,

Не вымучит,

Не замучит.

Он её обнимет,

Он её вернет,

Один понимая,

Чем она берет

И почему она – лучшая,

А это значит,

Что он стоит её…

Он ей часто пишет,

Часто звонит,

Часто встречает.

Он перед ней

Как стена каменная стоит,

Он один её так хорошо

Понимает,

Всё знает,

Верит и осознаёт.

И она только с ним тает,

Потому что он любит её.

– Что такое? – испуганно спросила Ольга, немного отстранившись. – Ты слышал?

– Кошка, – равнодушно пожал плечами Олег. – Мало ли их в парке.

Он придвинулся ближе и нежно обнял любимую. Плечи девушки всё ещё были напряжены. Похоже, так просто не успокоится.

– Если хочешь, пойдем посмотрим?

– Хочу, – Ольга говорила извиняющимся тоном, ей было неловко таким образом прерывать свидание. Но и забыть о жалобном кошачьем мяуканье она не смогла бы. Девушка любила кошек и не бросила бы в беде ни одно животное – Олег прекрасно об этом знал. Парень первым поднялся со скамейки.

– С какой стороны шел звук?

– Точно не уверена, но, похоже, она прямо у нас за спиной, – Ольга встала и присмотрелась к кустарнику. – Ничего невозможно разглядеть.

– Ничего, если кошка ещё здесь, найдем. Уверен, с ней всё в порядке.

Ольга на всякий случай огляделась. В поле зрения ни собак, ни мальчишек – а ей показалось, что кошка кричит от ужаса. Что ещё могло так напугать зверька? Пока девушка размышляла, Олег достал из кармана телефон и начал светить фонариком в кусты за скамейкой.

– Похоже, придется лезть. А у тебя платье светлое, – полуразочарованно-полувосхищенно добавил он. – Может, обойдешь по тропинке и посмотришь с той стороны?

Ольга хотела возразить, но поняла разумность такого предложения и кивнула. Ребята двинулись вперед, осторожно глядя под ноги, – Олег сквозь кустарник, Ольга по парковой тропинке за деревьями.