Читаем Муха в самолете полностью

– Васька, – раздался крик Линды, – ты Бакса видел?

– Нет! – завопил в ответ супруг.

Я похолодела, ну вот, началось! Сейчас Линда поднимет шум, начнет носиться по квартире, повторяя на разные лады:

– Бакс, Бакс, Бакс…

Кот вылезет из сумки и предстанет перед хозяйкой во всей красе, лысый, в ползунках! Можно даже и не думать о том, что сделает Линда с гостьей, когда узнает правду про лекарство, сайру и шампунь, в лучшем случае меня вышвырнут вон.

Испугавшись, я на секунду замерла у стены и снова услышала сопрано Линды:

– Вот пакость!

В то же мгновение хозяйка вышла из комнаты.

– Бакса видела? – повернулась она ко мне.

– Н-нет, – малодушно соврала я.

– Стервец! Опять ускакал.

– Куда? – осторожно поинтересовалась я.

Линда наморщила нос:

– Вроде увалень, но, когда надо, прыткий! На последнем этаже кошка живет, Мася. Как только на нее период любви накатывает, Бакс тихонечко в дверь ушмыгивает и к даме сердца скачет. Та тоже, не будь дура, удирает из квартиры и в объятия Бакса попадает. Мы их с Лариской, кошкиной хозяйкой, пару раз растаскивали. Ни ей, ни мне котят неохота пристраивать, а топить рука не поднимается. Так они знаешь что придумали? На чердаке прячутся, там барахла море, не найти парочку. Ну, мерзавец! Вернешься домой, получишь как следует! Пройда анафемская!

Я улыбнулась, никогда не слышала такого выражения про пройду! Продолжая сердито бубнить себе под нос, Линда пошла в сторону ванны, а я мгновенно юркнула в чулан, упала на раскладушку и перевела дух. Значит, Бакс гуляка! Слава богу, в ближайшие дни его искать не станут, а там посмотрим, не надо задумываться о проблемах в целом, будем решать их поэтапно.

Те из вас, кто хоть раз спал на раскладной конструкции из парусины и гнутых трубок, очень хорошо знают, сколь некомфортно сие ложе. До трех утра я провертелась под тряпкой, заменяющей одеяло, все пыталась найти удобную позу. Но если ложилась на спину, то моментально чувствовала боль в позвоночнике, коли пыталась устроиться на животе, ощущала кожей железные пружинки, при помощи которых держался «матрац». В конце концов сон сморил меня лишь под утро, естественно, проснулась я тогда, когда большинство рабочего люда приступило к обеду.

Тряся гудящей головой, я, забыв умыться, ринулась к телефону, по дороге с неимоверной радостью отметив: в квартире никого нет, даже лентяйки Зинаиды. Я быстро набрала полученный от Ильяса номер.

– Аллоу, – послышалось из мембраны.

– Будьте любезны Раису Ивановну.

– А кто ее спрашивает?

– Ольга из журнала «Рупор».

– Слушаю, Нестеренко у аппарата.

– Позвольте напомнить, я звонила вам…

– С памятью у меня полный порядок, – перебила пенсионерка, – дальше!

Я молча проглотила весьма невежливое замечание и попыталась продолжить разговор:

– Мы договаривались об интервью и…

– Верно, – перебила Раиса Ивановна, – дальше.

– …вы пообещали встретиться после возвращения из санатория.

– Правильно.

– Если вы свободны сегодня, то…

– Ту… ту… ту, – понеслось из трубки. Я положила телефон на тумбочку. Что случилось? Отчего Раиса Ивановна решила прервать мирную беседу? Или это неполадки на линии?

Не успела я сообразить, что делать, как трубка разразилась трелью.

– Алло, – машинально ответила я.

– Ольгу позовите, – донеслось с того конца провода, и я моментально узнала нервный, слегка капризный голос Раисы Ивановны.

– Нас разъединили! Но откуда вы узнали мой номер?

– Деточка, – снисходительно протянула старушка, – человечество придумало АОН! Расшифровать? Автоматический определитель номера. В прошлый раз вы звонили с засекреченной линии, в окошке одни восьмерки выпали, а я не желаю общаться с человеком, который боится указать свои координаты. Потом снова меня побеспокоили, и мы встретились. Сегодня же опять не таитесь, поэтому я вам доверяю. Можете приехать через полтора часа.

Из трубки снова послышались длинные гудки, похоже, Нестеренко не страдает болезнью под названием «вежливость».

Собравшись в мгновение ока, я схватила сумку с Баксом, ринулась было в прихожую и тут же притормозила. Саквояж показался подозрительно легким.

Я открыла торбу, точно! Бакса нет! Минут пятнадцать я носилась по захламленной квартире и, отбросив всякое стеснение, открывала двери в чужие комнаты и распахивала шкафы. Тщетно, гадкий Бакс словно сквозь паркет провалился. Очевидно, коту надоело мое постоянное присутствие, да и поездки в метро никому особой радости не доставляют.

Поняв, что Бакса не найти, я громко воскликнула:

– Ладно, оставайся тут, в конце концов Линда решит, что шерсть ты потерял во время брачных игр на чердаке!

В ответ не донеслось ни звука. Выкрикнув в последний раз: «Бакс, Бакс, иди сюда», – я влезла в сапожки и ушла.

Путь предстоял не близкий, Раиса Ивановна, правда, жила не так далеко от центра, но я сейчас нахожусь на противоположном конце Москвы, еще опоздаю к сварливой старушке и не буду допущена в квартиру.

– Мы договаривались через полтора часа, вы припозднились на пятнадцать минут, – вместо «здравствуйте» заявила Раиса Ивановна. – И потом! Это не вы приходили раньше.

Я смущенно улыбнулась: