— Абсолютно согласен, — кивнул «профессор». -Если бы меня не забрасывали совсем с другой целью, где нужна была моя легенда. Потом инициатор все отменил, а легенду не стали менять, я уже был здесь. Так и появился лингвист — крайне необходимая в современной Москве профессия.

— Допустим. Откуда галакс?

— Оттуда, как сказал бы мичман Криворучко! Оружие мне выдали в отделе «П».

— «Пантанал»? — воскликнул Вершинин. — Но Проект давно закрыт!

— Проекта как бы нет, а Пантанал есть! — философски заметил Данлопп. — Во всяком случае аналитики об этом предупреждают. В Москве и раньше творилось непонятное, теперь же в открытую происходят и вовсе необъяснимые вещи.

— Саркофаг! — догадался Вершинин. — Что же вы его сразу не уничтожили?

— У меня был приказ! Да и не имел возможности в одиночку!

— Я имею в виду ваше управление «П»!

— У них тоже был приказ!

— Управление подчиняется лично Вечному!

— Я это имя не называл! — быстро произнес Данлопп.

— Мысли о мировом господстве не дают спокойно спать!

— Это я тоже не говорил!

— Тогда имеем что имеем! Кто хозяин саркофага известно? Капитаны? Рейдеры?

— Ни те, ни другие!

Вершинину стало немного не по себе. Хотя по ситуации это объяснялось.

— Третья сила?

— Возможно! — уклончиво ответил Данлопп. — Я и так сказал слишком много.

— Но мы ничего не увидели! Из саркофага так ничего и не появилось!

Данлопп не согласился.

— Скорость съемки 15 триллионов кадров в секунду. Чтобы то, что вырвалось из саркофага, не попало ни на один из 15 триллионов кадров, оно должно было двигаться со скоростью… превышающую скорость света!

— Это невозможно, любой школьник скажет! — уверенно произнес Вершинин, но снисходительный взгляд профессора ему не понравился.

— Возьмем ось ординат как скорость света! — пояснил Данлопп. — Вся наше съемка находится допустим слева от нее. Она стремится к оси ординат, но никогда ее не достигнет потому что… — он сделал приглашающий жест рукой.

— Потому что скорость света — это самая большая скорость в природе, которую нельзя превысить! — буркнул Вершинин. — Вроде все правильно сказал, а чувствую себя идиотом!

— Нет, всё верно! — поддержал профессор. — Но вот представь, что справа от оси ординат возник новый график! Представил? И что получается? Для него, этого графика, скорость мизерная пусть 5 километров час! Но это для него! А для нас, с точки зрения нашего графика, его скорость…

— Выше скорости света! Но что это дает нам в понимании ситуации? Откуда саркофаг? Из параллельного мира? Некая враждебная нам сила?

— Почему враждебная? — пожал плечами Данлопп. — Мы ничего об этом не знаем!

Они помолчали, трясясь в металлическом кузове броневика. Водила сосредоточенно крутил баранку.

— Кстати, как вас теперь называть? — встрепенулся Вершинин.

Собеседник торжественно протянул широкую ладонь:

— Честь имею рекомендовать себя-профессор Стенли Данлопп!

15. Ночь на 6-е

5 ноября. Дмитровское шоссе. Дом Афериста. Майор Бекк.

Бумаги Мракобоя, за потерю которых все управление П можно было отправить в отставку, лежали на столе в виде стопки тетрадей в клетку, подготовленной второклассником к первому сентября. Некоторое время я безуспешно пытался связаться со своим куратором Ниной Задерихиной, но абонент все время сбрасывал вызов, а потом машинный голос и вовсе сообщил, что мой номер включен в реестр нежелательных звонков. Хрена се! Можно подумать куратор отбивается от приставучего ухажера, а не оперативного сотрудника с важными сведениями. А на самом деле ли они важны?

— Что там написано? — спросил я у Сандры.

— Читай сам! — отрезала она.

Я бы с радостью, но одним из осложнений после длительного применения «Киллера» является куриная слепота.

— Солнышко, почитай! Я не разберу почерк! — канючил я.

Я сидел занозой в центре запретного города с кучей важнейшей информации, и чутье говорило мне, что долго наслаждаться этаким богатством мне не позволят.

Сандра взяла стопку, шумно полистала. Мне привиделись аналитики МГБ, бьющиеся в истерике от такого обращения с документами.

— Местоположение Пещеры определить трудно, но есть два залаза! Один через стену, другой через раскол! Но через Поганище лучше не ходить! — прочитала девушка и скривила ротик. — Фи! Как неприлично!

Совсем дура, подумал я. Офигительно красивая, глаза серые с блестками, но глупенькая совсем.

— А про клад что-нибудь есть? — спросил я с надеждой.

Почему-то слово «клад» вызвало у девушки смешки. С кем приходится работать!

А как скажите пожалуйста я должен был спросить? Нет ли подробной инвентаризационной ведомости тех богатств, что оставили Капитаны? Что они из себя представляют? Сверхоружие? Панацею от всех болезней? Боевые модули? Темпоральные кабины? Нуль-Т? Синтезаторы всего на свете? Золото из медных опилок! Натуральное мясо из воздуха!

Я поцокал языком от открывшихся возможностей. Если склад большой, придётся Москву по новой закрывать, пока все не опишут и не вывезут на закрытые полигоны.

Я пришел в себя от того, что девушка хихикала.

— Ты напоминаешь мне Якупа! — сказала она.

Якупа из отдела расследования умышленных убийств? Чуть не спросил я.