Никита начинает перебирать одной рукой бумажки, другой держит микрофон. Кто-то в зале недовольно бормочет. Мне становится стыдно.

– Ты представляешь, сколько времени уй… – он достает бумажку.

– Вопрос от Даши из Сан-Франциско.

Народ опять смеется.

«Кем бы ты хотел быть, патриархом всея Руси или капитаном Грустных морей?»

Дело в том, что в нашей переписке я его и так, и так называла. Патриархом – потому что заметила у одного из подписчиков в своей группе аватарку с рукой Никиты. «Так руки только у патриархов ценят, смотри. Буду звать тебя патриархом всея Руси. Сокращенно Патрик». А в другой раз я рассказала ему свой сон, в котором я приехала домой и пошла выносить мусор, пока вся моя семья и друзья остались в квартире. На лестничной клетке я столкнулась с каким-то бомжом, он перекрыл мне вход, и я поняла, что он меня изобьет и изнасилует, и что даже кричать бесполезно, потому что отсюда меня никто не услышит.

– Судя по сну тебе одиноко… Я знаю, я Ванга.

– Да нет, ты не Ванга. Ты капитан… Грустных морей.

Возвращаясь из снов в Москву:

– Мне не нравится ни слово «патриарх», ни «всея», ни «Руси». А вот слово «капитан» мне нравится, «грустных» – нравится, «морей» – тем более. Так что я был бы капитаном Грустных морей.

Вот и привязалось. В итоге, его так стали называть другие, и в конце концов он поставил эти три слова в «должность» на своей странице. Всё это начало встречи не было записано никуда, кроме как на глаза пришедших и в мою память.

Его брат был готов начинать съемку встречи и скомандовал убрать бутылки пива.

– Почему? – переспросил Никита. – Мы же не для первого канала снимаем.

– Не положено, – ответил его брат, и пока они спорили, сзади к Никите подбежала девочка и унесла мои бутылки.

Как она посмела забрать мой подарок! Я негодовала еще больше, чем он. Но мне оставалось только наблюдать за происходящим. Дальше связь стала пропадать, вокруг были одни поля и электрические ветряные мельницы. Я выключила телефон, вздохнула и вернулась в свою реальность. Голова идет кругом от одного только осознания, сколько всего на этой планете происходит одновременно, каждую секунду. Подумай хотя бы о том, что все люди, которых ты встретил на своей дороге, прямо сейчас где-то что-то делают. Вот прямо сейчас.

Глава 13

Зеленая волна накрыла ее тень

5 ноября 2015

Когда я была маленькой, папа рассказал мне историю о том периоде, когда он только начинал ухаживать за мамой. Они были студентами, и у него совершенно не было денег. А моя мама очень любила театр. Поэтому папа устроился туда работать уборщиком, чтобы иногда получать бесплатные билеты. И когда он поздно ночью топал с московской электрички по Балашихе домой, то проходил мимо дома моей мамы. Она жила на втором этаже. Он кидал ей камушки в окошко, и она выходила на балкон. Папа показывал ей честно заработанные билеты, махал рукой на прощанье и шел еще полчаса до дома в другом конце города.

С тех пор я жду, что кто-то будет кидать мне камушки в окошко, с билетами в руке.

Папа, папа, что же ты натворил.

* * *

Вернувшись в Сан-Франциско, я решила сразу встретиться с Дэниелом, тем парнем из истории про мужчину в черном плаще. Это был мой последний день в волшебной комнате с самым красивым видом из окна, что только можно представить. Хотелось отпраздновать. Я писала и напивалась, смотря параллельно фильм «Призрак». Выпила почти всю бутылку подаренного белого вина, когда мой друг наконец закончил свою встречу и направился ко мне.

Дэниел для меня был как капля пресной воды в соленом океане: сильно не помогает, но все-таки что-то. Интеллект человека из Израиля отличается от Америки кардинально. От моей до его души территориально ближе. С ним можно говорить о чем-то, что в компании американцев и смысла нет произносить. Мы дружили еще с сентября. В Израиле он был поп-звездой. Его там знает каждая собака. Все его братья и отец – тоже музыканты. Из их жизни в своё время сделали лайф-шоу. В итоге он так заебался, что сбежал в Америку, лишь бы за ним не бегали с камерами.