Читаем Может быть...(СИ) полностью

— Ткани действительно еще живы, — медленно кивнув, обозначил свое согласие мужчина. — Но вскоре эффект от антимикробной терапии сойдет на нет, и тогда начнется усиленный выброс токсинов, а также миграция активных форм в близлежащие ткани, она по сути уже началась, просто протекает не столь быстро. Мы хотим по возможности избежать сепсиса. Работать ваш оператор сможет, в конце концов, аватар его остался цел…

— Это все правомерно при условии, что бактерии не проникли в лимфатическую систему организма. Сколько у меня времени?! — прервала медика Грейс. — Сколько?!

— Три дня — максимум! — мужчина, всплеснув руками, покинул стул и заметался по комнате. — Но даже если вы найдете лекарство, понадобится время для тестов. В конце концов, На’ви и люди не идентичны. Что если неизвестное нам средство убьет их быстрее, чем бактерии?

— А у нас в любом случае нет никаких гарантий, — Док, воспользовавшись зажигалкой, прикурила. — Они могут умереть в любой момент. И неважно, проведете вы операцию или нет. Вы не сможете до бесконечности удалять ткани? Хватит и нескольких незамеченных вами микробов, чтобы все старания хирургов оказались совершенно напрасны. Я исследовала это растение и знаю, о чем говорю! — уверенно отчеканила женщина, сверля взглядом. — А лекарство можете развести, в конце концов. Всю ответственность я возьму на себя.

Покинув медблок, Огустин столкнулась с последним человеком, которого желала видеть сейчас.

«Труди! Сидела бы ты сейчас где-нибудь в ангаре, а?»

Грейс не собиралась вступать в конфронтацию и, не обращая внимания на девушку, прошла мимо.

— Что? Решили геройствовать в одиночку? Да, Док? — бросила в спину ученого Чакон, отлипая от стены. Через пару секунд девушка нагнала Грейс.

«Сначала наеб*ла меня с тем, что делать ничего не собираешься, а теперь даже объяснить причины не хочешь? Так не делается, Док!»

— Вам нечем заняться, солдат? — Огустин ускорила шаг в надежде оторваться.

«Но это же Труди!»

— Так не честно! Возьмите меня с собой! — продолжала докапываться пилот.

«Я не могу принять участие в спасении того, кто мне дорог? Что за д*рьмовый отбор у вас, Док? Какие-то «крутые» х*ры с бугра идут, а я нет?!»

— Нет!

— Почему? Я могу помочь!

«Она ведь не отцепится, да?»

Разумеется, Труди была столь любезна, чтобы проводить Огустин до ее апартаментов, но, увы, успела проскочить внутрь раньше, чем женщина захлопнула дверь.

— Проваливай! — попросила незваную гостью на выход Грейс.

— Сначала объясните! — Труди поставила один из стульев спинкой вперед и оседлала.

— Ладно! Если тебе нужно разжевывать столь простые вещи, то слушай! — поморщилась от раздражения Док. — Если ты окажешься там, и что-то пойдет не так, а это вполне вероятно, то бросишься в самое пекло, — женщина стала мерить шагами комнату, сопровождая паузы качанием головы и сменой направления на сто восемьдесят градусов. — Потом Норм, если ему повезет выжить, будет ходить, ныть над моими ушами и бросаться обвинениями в том, что я позволила тебе угробиться. Второй, менее трагичный, вариант состоит в том, что может возникнуть конфликт между представителем стороны На’ви и нами, особенно если Селфридж решит в последний момент переиграть все по-своему. Тогда ты, скорее всего, будешь применять все средства убеждения своих товарищей, в том числе при помощи пули в лоб. И, вероятно, нас изолируют или просто убьют, а Норм и другие, не получив лекарства, умрут. Вот и все. И прошу тебя, только не говори, что будешь сидеть тихо.

— Не буду! — согласилась Чакон. — Но вы там никому не можете доверять. Что если понадобится помощь?

— НЕ в их интересах терять оператора аватара, — видя, как перекосило от этих слов ее собеседницу, Грейс со вздохом добавила. — Говорю, как есть! Кроме того, техники тоже на вес золота. В итоге у нас есть общая цель. Ты по-своему права — доверять Селфриджу я, конечно, не собираюсь. Но и тебя подставлять не хочу.

— Я все еще считаю эту идею чертовски х*евой!

***

Правильность поступков… Какая это все же забавная была иллюзия. Хотя на самом деле Лин очень хотелось, чтобы кто-нибудь, например та же Эйва, хоть иногда подсказывал, как правильно поступить в той или иной ситуации. Особенно в данной: молодой шаман пусть отдаленно, но помнил о произошедшем и, разумеется, решил «сожрать» самого себя в качестве наказания за содеянное. Уговоры вождя о том, что это традиции и прочее, подбадривание от сыновей Хукато, даже Нгай, ластившийся к своему хозяину — ничто не приносило Тинин’ро душевного облегчения.

«Оно и понятно. Если это первый раз, когда он действительно убил кого-то из На’ви, то вовсе не странно, что сейчас парень хочет пойти и раскроить себе череп. Да, даже если не в первый… Возможно, кто-то из них был его другом… Но имею ли я право вмешиваться? Кто я ему? Никто. Нельзя же просто так прийти и начать разглагольствовать?»