Читаем Моцарт полностью

— А ты нет! Живым бы этот гадёныш на раз-два-три в ритме вальса ушёл бы от тебя по крышам и через полчаса привёл бы целую кодлу таких же бомбил! Ты бы покрошил аж две трети и героически пал, а что бы они сделали со мной как соучастником, тебя, конечно, не колышет, правда?

— Нет. — Мне пришлось признаться самому себе, что всё не так просто. — Спасибо за помощь. Где научился так метко стрелять?

— В тире ДОСААФ. Попроси у официанта карпаччо, лучше из говядины, мне необходимо хоть чем-то подкрепиться. А потом сразу валим к нашим, девчонки мне уже два раза звонили.

— У них всё в порядке?

— Да, в целом. Сильвия опять подралась.

— Это в порядке вещей, — признал я.

— Отлупила двух французских туристов на радость танцующей публике. Типа они слишком громко кричали «Вив ля Франс!» на территории Черногорской республики.

— Причина уважительная, как не отлупить… — Я махнул рукой официанту, прося счёт. — Давай закажем твоё карпаччо где-нибудь поближе к танцбару. Если Сильвия войдёт во вкус, на неё никаких туристов не напасёшься…

— Согласен, — уныло признал Вик, залпом допил своё вино, и через полчаса мы уже забирали своих подруг с ночной дискотеки.

Рита была взмокшая, но бодрая и всю дорогу до отеля тараторила о том, как права была рыжая скандалистка, отстаивая честь Родины в коротком неравном бою. Герцогиня же молча повисла у меня на руке и, нежно мурлыкая, тёрлась щекой о моё плечо до самых дверей номера. Прекрасно понимая, ЧТО она может потребовать от меня там, я предложил всем немножко изменить маршрут и посидеть под открытым небом, прямо у линии прибоя, в одном из ночных ресторанчиков Будвы. Сильвия недовольно фыркнула, но подчинилась голосованию большинства. Тем более что за столом, под вино, сыр и кастрюлю с мидиями, она вспомнила, что совсем забыла мне сказать:

— Да! Я же видела тут этого… бородатого! Ну, ихнего Папочку!

— Он мне не отец, — показав язык, отмазался Викентий. — И чего все стрелки сразу на меня, я крайний, что ли?

— Тебе сказать, кто ты, да?! Ты грязный кровосо…

— Хватит. — Я крепко зажал ладонью её ротик. — Обойдёмся без взаимных оскорблений. Сегодня Вик спас мне жизнь… Ай!!

— Что?! — взвыла укусившая меня герцогиня. — Как он смел спасти тебе жизнь?! Это моя прерогатива! Только моя, я ни с кем не делюсь! Никуда тебя больше одного не отпущу, всегда буду рядом и буду сама тебя спасать! И нечего тут всяким… ишь! Спасает он… Это мой ангел! Ясно? И я сама его…

Спорить было бессмысленно. Мы просто пили вино, смотрели на звёзды, а ласковый шум прибоя хоть как-то заглушал несносную болтовню отчаянной черногорки. Главное, что я не ошибся и Вик действительно прав. Уничтожение мелких вампиров — дело нужное, но не самое важное. Разумней было бы попробовать найти Папочку, прижать его к стенке (возможно, сломав пару рёбер) и выяснить всё, что касается его связей с Алыми Мантиями. Он должен знать, где они, и он выведет меня на верхушку клана. Тот нелицеприятный разговор, что мы начали со старейшиной много веков назад, надо закончить. Пора уже.

— Ну что, банда неуловимых мстителей, ещё по фужеру шампанского и баиньки? День был насыщенным… — обводя всех любящим взглядом, заключил Викентий и отправил пробку в ночное небо. — Как тут по-вашему, по-черногорски? У ваше здравье!

Уснули, наверное, часов в пять, просто упали в номере, и всё. Как помнится, в прошлую ночь я вообще не спал, поэтому отрубился, как все. Русский вампир честно охранял наш сон. Хотя уверен, что при первом же признаке опасности я проснусь, вскочив с боевым ножом в руках. Эти навыки вколачивали в нас всем сержантским составом, справедливо полагая, что главная задача боевого ангела не только победить, но и выжить. И мне не раз стоило сказать им спасибо…

Считается, что мы не видим снов, это прерогатива человека, и порой мне было горько обидно, что Сильвия или Рита могут взахлёб делиться рассказами о волшебных, чудесных, страшных и добрых сновидениях, а я только кивать и помалкивать. Желание увидеть сон стало моей мечтой и даже в чём-то навязчивой идеей. Святой Малахия видел во сне божественные откровения о преемственности папского престола, химик Менделеев — свою знаменитую периодическую таблицу химических элементов, Брамс слышал и запоминал новую музыку, Мунку снились мистические сюжеты картин, кому-то являлись предупреждения, кому-то предсказания, кому-то решение жизненно важной сверхзадачи…

И только я ни разу не видел ни одного сна. Меня таким создали. Ангелы многого лишены в сравнении с людьми, наверное, потому, что у нас иные возможности по сюжету. Роптать и возмущаться бессмысленно, хотя, конечно, если бы хоть раз увидеть этот самый сон, малюсенький, короткий, чёрно-белый, но сон…

Вик на цыпочках подошёл ко мне, набрав воды в рот.

— Только попробуй, — предупредил я, не размыкая глаз.

Вампир чуть не захлебнулся, сбегал в ванную, выплюнул воду и уже оттуда посетовал:

— Весь кайф обломал. Сразу не мог сказать, что не спишь?