– В общем, я разыскал твоего типа, – сказал он. – Это оказалось совсем не так сложно, как я думал. Он не был штабной крысой, Джейк. Этот парень вдоволь понюхал пороха, хотя впоследствии в Вашингтоне под присмотром всемогущего начальства не добился особых успехов. Полагаю, ему не понравилось лизать задницы. В общем, он дошел только до командования бригадой, после чего его выпроводили в отставку.

Значит, Тейлор все-таки получил звезду на погоны. Он стал бригадным генералом.

– По словам одного старшего сержанта в отставке, которому я доверяю, Фрэнк Тейлор был лучшим командиром батальона за всю войну во Вьетнаме.

– Он служил в Сто первой дивизии?

– Точно… он командовал ротой, когда Сто первая освобождала Хюэ после Новогоднего наступления. Получил «Серебряную звезду» на Ароматной реке… а потом еще одну под Плейку[34].

– В каком полку он был? – спросил я.

Я услышал, как Майк листает личное дело.

– Пятьсот втором.

Значит, Бен Массенгейл был не так уж и пьян. Он запомнил все правильно.

– Майк, теперь за тобой осталось всего шестнадцать одолжений, – сказал я.

– Когда в следующий раз будешь в Вашингтоне, ты угощаешь меня обедом в «Палме», – ответил Майк. – Я закажу отборные ребрышки весом двадцать четыре унции.

– Обещаю, – заверил его я, оканчивая разговор.

«Так где же ты сейчас, генерал Тейлор?» – подумал я.

Дежурная комната была битком набита народом. Пройдя через заднюю дверь, я направился прямиком к медсестре «Скорой помощи», сидевшей на койке в коридоре. Выглядела она такой же усталой и измученной, каким чувствовал себя я. Я попросил ее пройти с аптечкой первой помощи ко мне в закуток. Сняв ветровку, задрал окровавленную рубашку и попросил медсестру заново перебинтовать раны.

– Лейкопластырь! – рассмеялась та.

Подцепив край пластыря, она осторожно оторвала концы от полотенца, которое я использовал в качестве перевязочного средства. Входная и выходная раны стали похожи на сморщенные рты двух форелей.

– Это похоже на огнестрельное ранение, – заметила медсестра, поднимая на меня взгляд.

– Я напоролся на латунную трубку. Просто обработайте рану.

С сомнением посмотрев на меня, она обработала раны антисептиком и наложила новые повязки.

Я не сомневался в том, что генерал Тейлор находился в радиусе нескольких сотен ярдов от того места, где я сейчас сидел. Он не собирался уходить. У него оставалось еще одно недоделанное дело.

Я постарался поставить себя на место Тейлора. Вот он пару дней назад впервые приехал в Сент-Эндрюс. Скорее всего, до этого он ни разу не бывал в студенческом городке. С большой вероятностью проходил службу тридцать лет назад где-нибудь далеко за пределами Соединенных Штатов. Его сын пробыл здесь всего пять месяцев.

Я задумался над тем, где остановился бы в незнакомом городе, в котором столько лет назад оборвалась жизнь моего сына. Наверное, поселился бы там же, где жил мой сын, когда учился в колледже. Последнее место, где он жил перед своей смертью…

Как раз в этот момент к нам заглянула капитан Морго и увидела повязки у меня на боку.

– Джейк, насколько все это серьезно?

– Бывало и похуже, – пробормотал я, надевая ветровку, чтобы скрыть бинты.

Не дав ей возможности спросить, что со мной произошло, я изложил детали своего разговора с Хойтом Палмером. Рассказав о генерале Тейлоре, вдруг вспомнил, что, по словам Палмера, именно ему поручили навестить Крейтона Тейлора и сообщить ему о том, что его принимают кандидатом в студенческое братство.

– Вы не могли бы связаться по рации с Кеном и попросить его узнать у Палмера, где жил Крейтон Тейлор, когда он его навещал? – спросил я.

Пока капитан Морго пыталась вызвать Кена, я сбегал в туалет и с наслаждением отлил. Когда я вернулся в дежурную, она все еще не могла с ним связаться. После еще одной безуспешной попытки капитан Морго сказала:

– Наверное, у него что-то с рацией. Он не отвечает.

Я снова позвонил Лорен Кеннистон.

– В заметке в «Джорнал» не упоминается, где Крейтон Тейлор жил, когда учился на первом курсе? – спросил я.

– Сейчас проверю, – сказала она.

– Выпейте вот это, – приказала капитан Морго, протягивая мне большой пластиковый стаканчик, который только что принесла из буфета.

Я отпил глоток. Это было густое какао на молоке. Ничего более восхитительного я в жизни не пробовал. Я допивал какао, когда Лорен перезвонила мне.

– Последним его почтовым адресом было дом триста двадцать шесть по Хайленд-драйв.

Хайленд-драйв – это первая поперечная улица после автомобильного моста. Она ведет вниз к таверне «Фолл-Крик». Номера домов я не знал, но здесь многие сдают комнаты студентам.

Капитан Морго сказала, что отвезет меня туда на своей машине. Дождь наконец начал утихать. Ветер также был уже не таким свирепым, и все-таки под натиском особенно сильных порывов деревья раскачивались как сумасшедшие.

Мы как раз проезжали по мосту через ущелье, когда капитану Морго позвонили на сотовый. Она молча слушала почти целую минуту, после чего сказала:

– Оставайся на месте, я тебе перезвоню. – И, повернувшись ко мне, сказала: – Это был Кен Макриди. Хойт Палмер мертв.

Глава 25