Читаем 'Моссад' - Первые полвека полностью

Бунт возглавил Ашер Бен-Натан, оперативный псевдоним "Артур". "Красавчик Артур" - так часто называли привлекательного, щеголеватого и пользующего большим успехом у женщин Бен-Натана в тесном кругу руководителей израильских спецслужб.

Биографическая справка.

Ашер Бен-Натан родился в Австрии в 1921 году. В 1938 году ему удалось бежать от нацистов в Палестину. Он вступил в "Алию-Бет" и занимался переправкой евреев на историческую родину. Потом он, разносторонне одаренный человек, выступая под именем журналиста Артура Пиера и хорошо отрабатывая свое "прикрытие", одновременно был координатором по линии разведки (то есть фактически резидентом) в послевоенной Вене, а позже возглавил оперативный отдел в Политическом департаменте Гуриеля. Этот департамент Министерства иностранных дел, несмотря на его "безобидное" название, по распределению обязанностей, принятом в 1948 году, выполнял функции внешней политической разведки. Как формулировал сам Гуриэль в докладной записке на имя премьер-министра, "Мы собираем информацию о собственности арабских стран и экономических связях между арабами и Европой". Напомним, что это был период становления всей государственной системы Израиля, когда каждая информация представлялась первым израильским шпионам новой и важной.

Оперативные работники департамента МИД, возглавляемого Борисом Гуриелем, внедряли своих агентов в арабские страны, работали в европейских странах и помимо всего прочего успешно устанавливали связи с иностранными, прежде всего европейскими, разведывательными службами. Они использовали прикрытие посольств и консульств Израиля в европейских странах, в таких традиционных центрах международного шпионажа как в Лондоне, Риме, Париже, Вене, Бонне, Женеве. Это давало определенные преимущества в плане безопасности (дипломаты не подлежат юрисдикции страны пребывания), но и ограничивало оперативные возможности, поскольку сотрудник посольства или консульства был открыто связан со своим правительством и мог нанести неловкими действиями ущерб политическому престижу своей страны; шпионаж традиционно считается занятием, несовместимым со статусом дипломата, хотя власти многих стран исходили и исходят из посылки, что все иностранные дипломаты являются шпионами.

Резидентуры в различных европейских странах имели свою агентурную сеть - в основном состоявшую не из граждан Израиля, которая за деньги или из морально-идеологических соображений поставляла необходимую информацию. Некоторые сведения, поступавшие от этих агентов, действительно позволяли проводить успешные операции - например, по срыву поставок вооружения в арабские страны. Наиболее значительным достижением политического департамента стало получение через агента в Дамаске военных планов сирийской армии. Эта информация была жизненно важной для Израиля.

Существовала определенная иерархия резидентур и оперативное управление ими. До 1950 года израильские агенты в Европе замыкались на парижский офис Бен-Натана, который действовал в известной мере независимо от Гуриеля, во всяком случае не считал необходимым посвящать руководство не только в тактические, но и во многие оперативные подробности своих замыслов и действий. Позже Бен-Натан стал проводить большую часть своего времени в Тель-Авиве, получая информацию от зарубежных агентов и отдавая приказы далеко не всегда согласованные с начальником Политического департамента МИД.

Финансовые запросы людей Бен-Натана представлялись даже "своему" руководству МИД чрезмерными - тогда резидентуры начали заниматься контрабандой; как они сами утверждали, такое использование дипломатического прикрытия осуществлялось не личной корысти ради, а для финансирования различных тайных операций после того, как министерство иностранных дел отказалось оплачивать счета. Циркулировали упорные слухи о том, что работники политического департамента также сумели добраться до некоторых тайных счетов в швейцарских банках, принадлежавших евреям, погибшим в годы Холокоста.

Вклады в Швейцарских банках традиционно считались одними из самых надежных и это широко использовалось самыми разными вкладчиками, от порядочных бизнесменов, которые пытались гарантировать свою экономическую безопасность, до преступников, например наркодельцов и преступных режимов. Сейчас, под большим давлением международных структур, Швейцария несколько "приоткрывает" завесу секретности вкладов и создает некоторые возможности доступа к ним со стороны пострадавших правительств. Но до полного расследования судьбы всех вкладов, сделанных в годы войны, ещё далеко, хотя есть основания полагать, что некоторые из давних подозрений (например, о "золоте НДСАП") будут расшифрованы. Возможно, станет известно и то, что удалось или не удалось людям Бен-Натана. Кстати, уже понятно, что сами швейцарцы в историях с "еврейским золотом" далеко не безгрешны - первые же попытки расследования движения этих вкладов и первые разоблачения вызвали в Швейцарии всплеск антисемитизма. Наглядное проявление "комплекса вины".