Читаем Москва полностью

Граждане!

Какое это счастье, ласкать в руках ребенка, или зверька пушистого, или еще какую-нибудь маленькую тварь!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Внутри вас не вы живете, но вы его знаете, а он только вас знает!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Кто вам вручил дом ваш? – он сам из вашего дыхания отвердевшего как бы образовался!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Разве не мы сами обязали себя быть честными?! – причем тут чужие претензии?!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Мы не уезжаем ведь только потому, что мы там уже и так есть, как бы!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Все желательное, собственно, уже реально, просто ждет как бы своего конкретного оформления, – кстати, необязательного!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Какая чистота в воздухе! – только бы и дышать им!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Скоро все кончится! – даже и неясно, к добру это или нет!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Тьма, как шкура, на ваших плечах входит в дом ваш – стряхните ее у дверей! – сможете?!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Уже снежинки чуются в осеннем воздухе – чудо! чудо! это же чистое чудо!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Как трудно взять камень в руку! – получить его от кого-нибудь куда проще!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Если правильно занять место – то весь мир есть как бы продолжение ваше – и это не только вы, но и он чувствует!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

От всего этого не просто радость, но чистая радость – и это уже не свойство предмета, а наша привилегия!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Что жизнь есть игра – это ясно, это и неплохо даже!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Это им все неясно, а нам все давно ясно, но мы просто притворяемся, чтобы их не огорчать!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

К вам подходят и говорят: Укажи, кого бы еще обидеть! – Никого не надо обижать – это действует разрушающе! – отвечаем мы!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Чем-то ведь мы приглянулись друг другу, что в результате живем в одно время!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Наше стремительное бегство от трудностей порождает в них страсть настичь нас сей момент, и они превышают нашу скорость, и уже навсегда!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

А что, собственно, такого особенного происходит – всегда так было!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Они к нам ххххх ххххх, хотя в случае ххххх ххххх как не было!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Часто ли вы берете за руку прохожего и говорите: Брат мой! – то-то и оно!

Дмитрий Алексаныч

Граждане!

Происходи это все в доме нашем – все сразу бы обрело вид устойчивости и достоверности!

Дмитрий Алексаныч
Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги