Видимо, пора задуматься об укрупнении субъектов Федерации, о «выращивании» целого ряда полноценных субстолиц. Если региональных центров станет в два-три раза меньше, у оставшихся автоматически повысится статус и сконцентрируется побольше средств на решение масштабных проектов в местной экономике и культуре. Пропадет необходимость в содержании чудовищной своры местных депутатов, в финансировании бесконечных выборно-перевыборных процессов. Тому же Дальнему Востоку и Российскому Югу несколько полегчает в их небогатой жизни.

Значительная часть прерогатив регионального центра может быть передана центрам районным, а полномочий районных – локальным.

Кому выгодны нынешние претензии к Москве? Кто рвется пересмотреть ее столичный статус? Региональные элиты. И причина их активности ясна: центр занимается перераспределением доходов, заставляя богатые регионы отдавать средства на поддержание жизни в бедных, убыточных субъектах Федерации, на нужды федерального центра. Что собой представляют эти элиты? Да все то же, что и московская региональная или центральная российская. Те же выходцы из бизнес-структур, та же бывшая номенклатура, те же силовики, а местами те же сотрудники «внешних акторов». Ближе они к народной массе регионов, чем элиты, сконцентрированные в Москве? Да ничуть не бывало. Могут ли они лучше управиться не то что с общероссийским хозяйством, а хотя бы со своим собственным, региональным? В большинстве случаев – нет. Хотят ли они на самом деле перетянуть к себе столицу? Кроме питерцев, реально – никто. Ведь в этом случае вся элита федерального уровня пересядет на плечи нижегородцев или, скажем, красноярцев тяжким грузом, да так, что те и крякнуть не успеют, а ошейник-то уже на них…

Так зачем все эти разговоры?

Очень просто: за ними всегда стоит слабо загримированная угроза сепаратизма. Сама сущность этой игры несложна: получить от Центра лишний процентик с бюджета, пугая его ряжеными борцами «за отделение», требуя для своего региона особых льгот. Но, допустим, кто-то по безумию и алчности решится взять быка за рога и на самом деле попробует отделиться от России. Допустим, какой-нибудь нефтедобывающий или алмазодобывающий регион. Допустим. Есть ли свидетельства того, что тамошние бонзы сумеют в отсутствие федерального центра обеспечить даже такой уровень государственной безопасности, как сейчас? Даже такое состояние социальной сферы, как сейчас? Анализируя работу регионального руководства в упомянутых субъектах Федерации, никаких положительных доводов на этот счет найти невозможно.

Нижний Новгород как принц-консорт

В 90-х, да и в нулевых было много разговоров о том, что хорошо бы «поменять столицу». Кто-то кивал на Петербург, дескать, «все равно начальство – оттуда», да и «Европа ближе к СПб., чем ко всей остальной России». Кто-то предлагал Красноярск или Новосибирск, желая укрепить соединение восточных и западных регионов титанической державы. Кто-то намекал на Казань – не попробовать бы нам «исламский вариант»? Ну а кому-то мерещилось «идеальное решение»: рассредоточить министерства, госкомитеты, высшие судебные инстанции, командование вооруженными силами и парламентские структуры по разным городам России; тогда все они будут «чуть-чуть столицами», тогда и большие бюджетные деньги перестанут концентрироваться в одном месте, вызывая к нему жаркую ненависть Соединенных Штатов Провинции.

Дабы никого не вводить в заблуждение, стоит сказать сразу: автор этих строк – убежденный противник всех экспериментов с «рокировкой» столицы или же «размыванием» столичного статуса Москвы. Но все же нет ничего дурного в том, чтобы поговорить о «запасных вариантах» для столь большого и столь уязвимого государства, как Россия.

Так вот, герр Питер в расчет не принимается. Не думаю, что приграничный город, притом столь отличный по своим культурным устоям от всей остальной страны, является хорошим кандидатом в столицы. Это ведь сплошное уязвимое место для внешних факторов – как военно-политических, так и культурных.

Я подавно не думаю, что на эту роль годна Казань. В современной России по-настоящему любимы только две веры: православная и атеистическая. Они могут между собой соревноваться и, надеюсь, циркуль будет повержен крестом. Но ислам… О, сделать столицей России исламский город – значит сконцентрировать на нем ненависть всей страны в десятикратном размере по сравнению с нынешним отношением к Москве. И если Москва или иной крупный христианский центр может претендовать на роль столицы мирового православия, то Казань – никогда. А значит, та глобальная роль, роль державы, рехристианизирующей мир, которая еще может быть обретена Россией, уйдет от нее безвозвратно. Страна просто превратится в задворки мусульманской ойкумены, став ареной бесконечных «горячих» конфликтов.