Дорогобуж и Вязьма представляют собой деревянные города и крепости, расположенные на Борисфене; некогда были они под властью государей литовских. Под городом Вязьмой есть река того же имени, которая недалеко оттуда, в двух верстах, впадает в Борисфен, отсюда обычно отправляются нагруженные товарами суда в Борисфен и далее в Смоленск, и наоборот: из Смоленска вверх по Борисфену они доставляются в Вязьму. Именно так, вверх и вниз по Днепру, перевозились и наши вещи.

Город Можайск

Можайск — тоже деревянный город с таковой же крепостью; вокруг него в большом количестве водятся разноцветные зайцы, подобных которым прежде я не видывал, и государь обычно устраивает там ежегодно свои охоты и иногда выслушивает послов различных государей, как, например, в нашу бытность в Москве^{280} выслушивал он послов литовских, не желая, по собственным своим словам, пускать их в столицу; и мы также были приглашены туда из Москвы и по исполнении поручений наших государей и по заключении перемирия были оттуда отпущены. При этом великий князь спросил нас, каким путем мы намерены возвращаться. Его секретари пояснили: государь потому спросил об этом, что с границ ему донесли, что турки были у Буды, хотя он и не знает, чего им там удалось добиться. Во времена Витольда владения государей московских простирались на пять-шесть миль за Можайск.

Бельское княжество

Княжество Белая с крепостью и городом того же имени на реке Обше, в обширных лесах, отстоит от Москвы, более отклоняясь на запад от южного направления, на шестьдесят немецких миль, от Смоленска на тридцать шесть, от Торопца на тридцать миль. Некогда князьями его были потомки Гедимина, в правление же польского короля Казимира этим княжеством владели сыновья Ягайла. В это время Василий, князь Белой, называемый иначе Бельским, перешел на сторону Иоанна, отца Василия, и отдал во власть его себя и свои владения. Оставив во время этих смут свою жену в Литве, он, как сказано выше, в Москве женился на другой. От нее у него было трое сыновей, которых мы видели при государе. Из числа их Димитрий, по значению своего отца, пользовался великим уважением и почетом. Хотя эти три брата жили бельским отцовским наследством, содержась годовыми доходами с него, однако они не дерзали отправиться туда, ибо государь Московии отнял у них Вельское княжество и присвоил себе этот титул.

Истоки Волги,

Днепра, Двины и Ловати

Город Ржева Димитриева с крепостью отстоит от Москвы на двадцать три мили прямо на запад. Крепость, от которой государь присвояет себе титул, расположена на реке Волге и господствует над весьма обширной областью. Есть и другая Ржева, в ста сорока милях от Москвы, в двадцати от Великих Лук, в стольких же от Пскова; она называется Пустой. От Ржевы Димитриевой на несколько миль к западу расположен лес, именуемый Волконским; из него начинаются четыре реки. В этом лесу есть болото, зовущееся Фроновым, из которого истекает небольшая река^{281}, приблизительно через две мили впадающая в озеро Волго; оттуда, сильно умножив свои воды, она вытекает снова и называется Волгой по имени озера. Протекши через многие болота и приняв в себя много рек, она изливается двадцатью пятью или, как утверждают иные, семьюдесятью устьями в Каспийское море^{282}, называемое русскими Хвалынским морем, а не в Понт, как кое-кто пишет. Волгу татары зовут Эдель, Птолемей называет ее Ра; в степях она так сближается с Танаисом, что, говорят, расстояние между ними всего семь миль. В своем месте мы сообщим, через какие города и места она протекает.

В том же лесу, приблизительно в десяти милях от Фронова болота, есть селение Днепрское, около которого начинается Борисфен, называемый тамошними жителями Днепром, а мы его и поныне именуем Борисфеном. Недалеко от этого места находится монастырь Святой Троицы, где берет начало другая река, больше первой, называемая уменьшительным именем Днепрец. Обе эти реки сливаются вместе между истоками Борисфена и Фроновым болотом; здесь грузят на корабли товары московитов и хлоповцев и везут их в Литву; купцы часто заезжают там в монастырь, словно в гостиницу. А что Ра и Борисфен берут начало не из одних и тех же источников, как думают некоторые, об этом я узнал и от других, а в особенности из верных донесений многих купцов, ведших в тех странах свои дела.