Читаем Москаль полностью

Как себя вести? Хочешь управлять человеком, поступай всякий раз не так, как он ждет. Скандала, скорее всего, не будет. Чего ему скандалить здесь?

И примирения тоже не будет. Тем более что примирения ей и самой не жаждется. Пока. Пока не выяснено, на каких ему быть условиях.

Смывает грехи. Одного похода в душ для этого недостаточно.

Скорее всего, разговора вообще никакого не состоится. Сейчас добавит из горла коньяка и рухнет с руганью поперек постели. Так Дир Сергеевич вел себя в давние, романтические годы, когда ему еще позволялось победокурить.

Початая бутылка как раз стоит на кухне посреди стола. Мозгалевы не держали бара или винного погребка по понятным причинам. А эту бутылку госпожа декан купила для себя и подруги Алевтины, с которой они уже насплетничались.

Ладно, пусть напьется. Будет время раскинуть мозгами и собрать дополнительную информацию.

И тут раздался звонок в дверь.

Светлана Владимировна в нерешительности вышла в коридор.

Звонок повторился настойчивее.

Взъерошенная голова Дира Сергеевича высунулась из ванной.

— Открой, Света.

Супруга подчинилась, спросив все же, кто там. Это был Рыбак, она не очень хорошо знала, кто это, но, кажется, работает в фирме. Роман Миронович начал с массированных извинений. В такой поздний час, если бы не прямое указание Дира Сергеевича…

— Да ладно–ладно, проходите. Сюда, в кабинет. Может… выпить?

— Нет–нет, я исключительно по делу.

— Да–да, по делу! — выскочил хозяин, запахивая халат. — Ко мне по делу, по важнейшему делу.

В его тоне было столько неожиданного пренебрежения к супруге, будто она была лишь кошкой, напрашивающейся на внимание. Светлана Владимировна не выдержала. Она ждала со стороны мужа всего, чего угодно: раздражения, хамства, ядовитой иронии, насупленного игнорирования, но не вот этого.

— Ты чего бороду сбрил, дурик? — вырвалось у нее.

Уже канувший было за тяжелой дверью кабинета, муж выглянул половиной корпуса и, прищуренно вглядываясь в жену, процедил:

— Так я больше похож на ангела смерти.

И исчез.

Госпожа декан презрительно хмыкнула и пробормотала отредактированный вариант своего мнения о нем: дурак!

Но настроение ее упало. Ей сделалось дискомфортно в квартире, вроде как она не досконально защищена на своей родной жилплощади. Неужели эта позерская болтовня про ангела какой–то смерти так на нее подействовала? Приходилось признать, что в том числе и она. Светлана Владимировна сделала несколько кругов по квартире. Выпила рюмку коньяка на кухне — и словно плеснула алкоголя в костер крепнущих подозрений. Ей было необходимо немедленно с кем–то обговорить создавшуюся ситуацию. Подруги у нее были — все некрасивые доктора наук и почему–то все с мужьями, больными диабетом.

Не годятся.

Елагин!

Не слишком ли часто она к нему прибегает? Второй звонок за час! А, черт с ним, не до церемоний, потом, если понадобится, она его осадит, если вдруг посмеет намекнуть, что помнит об услугах, которые оказывал ей в момент кризиса.

— Почему вы решили, Светлана Владимировна, что он собирается кого–то убить?

Она изложила свои резоны, подозрения, наблюдения. Елагин помолчал. Кажется, он не собирался отмахиваться от ее звонка, как от глупой мухи.

— Рыбак у него, говорите?

— Говорю. Неприятный такой человек. Что у него там только в носу.

— Этого я не знаю, но спасибо за звонок.

— Но…

— Я вас понимаю, но сами подумайте, что я могу сделать в данной ситуации — поставить охранника у дверей вашей спальни?

— Я не уеду из квартиры!

— Да этого и не нужно, Светлана Владимировна. Если Дир Сергеевич что–то задумал, то, я уверен, не против вас.

— Вы так думаете?

— Я так знаю.

Светлана Владимировна смела в некрасивую кучу карты на столе, завернула плечи в кашмирскую шаль и забилась в угол дивана, глядя на экран телевизора, работавшего с выключенным звуком.

Заседание «наследника» с Рыбаком было не только тайным, но и коротким. Претендент на место начальника службы безопасности фирмы «Стройинжиниринг» стремительно проследовал от двери кабинета к выходу.

Дир Сергеевич медленно выдвинулся вслед за ним, остановился в коридоре, глядя на экран все того же немого телевизора. Там демонстрировались кадры из сектора Газа: горят машины, летят камни, пылят гусеницами израильские танки.

— Какой роскошный замысел! — сказал вдруг Дир Сергеевич. Светлана Владимировна даже поперхнулась. Говорит обычным своим манером, будто ничего и не произошло между ними. Все же будет мириться? — Убежден, евреи давно тайно договорились с арабами и теперь на пару раскручивают всю мировую демагогическую дипломатию. и доят, доят. одни — Америку, другие — Евросоюз и саудитов. Им нельзя помириться, иначе о них забудут.

Светлана Владимировна сидела как мумия, высчитывая в голове возможные продолжения этой вступительной речи. Гладко стелет. Надо ли делать шаги навстречу этой непонятной инициативе. Все–таки это он убегал к официантке за счастьем, а не она к студенту. И вообще, кто может знать, что означает его болтовня. Он всегда любил поругаться с телевизором.