Читаем Морис Торез полностью

Мы никогда не устанем повторять,— величайшая заслуга Мориса Тореза состоит в том, что он не только провозгласил, но и доказал на деле следующее положение: рабочий класс, руководимый самыми сознательными своими сынами, пролетарскими революционерами, является подлинным вождем нации. Мы никогда не устанем повторять, что Торез мужественно вел борьбу против заблуждений, предрассудков, анархических традиций, против проникновения буржуазной идеологии в ряды рабочего класса — и все это для того, чтобы помочь широким народным массам Франции переоценить национальные ценности, чтобы превратить эти массы в опору и в гаранта этих непреходящих ценностей; и, говоря, что Морис Торез возвратил французскому народу Марсельезу и трехцветное знамя, я вижу в этом символ, великий и волнующий символ. В действительности он возвратил Франции будущего всю Францию прошлого, овеянную этим знаменем и пронизанную музыкой этого гимна. На протяжении многих лет я ежедневно наблюдал, с каким безграничным терпением Морис Торез добивался своей цели. Я знаю, как мягко и вместе с тем решительно (что свойственно только ему) он без устали убеждал многих товарищей, даже тех, кто с трудом поддавался убеждению, в той национальной роли, которую призваны сыграть коммунисты, в том, что их долг — беречь наследие Франции, вплоть до мельчайшей крупицы; Торез пользовался для этого любым подходящим случаем — годовщиной, открытием памятника, частной беседой. Как никто, он умел говорить о Руже де Лиле; в 1938 году, в дни Мюнхена, он сказал мне с удивительным предвидением событий: «Почему ты не уделяешь внимания Шарлю Пеги? Почему ты позволяешь, чтобы другие писали о нем?»[12] Кто во Франции придавал больше значения Дидро, чем Морис Торез? А Виктору Гюго? Но все это вещи вполне очевидные, главное же — то глубочайшее понимание явлений культуры, которое свойственно Морису Торезу… вот почему он может целый вечер читать вслух стихотворения Гастона Куте и лучше проникает в поэзию Элюара, чем проникаем в нее вы и я.

Ведь это Морис Торез выковал такую партию, в которой состоят Пабло Пикассо и Фредерик Жолио-Кюри, что приводит в ярость буржуазию всех стран. Морис Торез — это прежде всего человек, выковавший ключ к будущему национальному единству, в интересах сильной, свободной и счастливой Франции, которой жаждут и которую создадут коммунисты.

А отсюда и все остальное.

Правильное понимание задач борьбы за единство рабочего класса. Рука, протянутая католикам. Различные этапы истинного национального единства. Народный фронт, фронт французов. Национальный фронт против вчерашнего врага. Объединенный национальный фронт сегодня — в борьбе за мир во всем мире. И позиция, составляющая честь и славу нашей партии, позиция, которую мы много раз подтверждали вместе с нашей нерушимой, безоговорочной привязанностью к первому победоносному союзу трудящихся, позиция, вновь подкрепленная торжественной клятвой, недавно произнесенной с трибуны съезда Коммунистической партии Советского Союза: «Нет, народ Франции не будет, никогда не будет воевать против СССР!»

Все это вытекает из национальной политики, провозглашенной Морисом Торезом, из глубоко философского понимания нации, которого он придерживается в теории и на практике; вот почему он — не только уважаемый вождь великой и все более крепнущей партии, но и надежда Франции, которой угрожают враги, человек, воплощающий в себе неувядаемую жизнь нашей родины.

* * *

«Журналь офисьель», излагая ход парламентских дебатов на третьем заседании Палаты 14 марта 1933 года, помещает нижеследующий текст: