Читаем Мореходка полностью

Наука эта пригодилась мне и теперь. Мне удалось выжать гири 16 раз, прежде чем я не смог их больше удерживать и мои руки потеряли хватку. Меня обошёл только один соперник, явно не новичок в этом деле, да и то, только на пару раз. Второе почётное место – тоже призовое! Так что старались мы все недаром! Ребята хлопали меня по плечу и хвалили. Было приятно!

LXXIV.

В одно из увольнений, мы, во главе со старшинами нашей группы отправились на другой конец Базы навестить наших «однополчан». Мы знали, как называются корабли, где находились наши ребята, но, как туда добраться среди лабиринта складов, пакгаузов и всевозможных портовых сооружений, для нас было сложной задачей. Придерживаясь направления по солнцу и опрашивая встречных моряков, мы, наконец, вышли к причалу, где кормой к причальной стенке стояли несколько военных кораблей. Стоял здесь и «Прозорливый», на котором были остальные наши одногруппники. С разрешения дежурного офицера мы поднялись на борт. Встретить своих ребят, с которыми ты два года провёл бок о бок, было здорово! Как будто родственников встретил! После объятий и рукопожатий обменялись новостями. Ребята тоже приняли присягу. Так же, как и мы, приписаны к БЧ-4, условия на корабле нормальные. Услышав, что мы уже побывали в трюмах под пайолами, а потом нас поливали из брандспойта, наши товарищи слегка оторопели! У них на «Тёще» (так здесь экипаж называл свой «Прозорливый») такого беспредела не было. Посочувствовав нам и наверняка подумав, как им повезло с кораблём, ребята сообщили, что на соседних кораблях тоже размещены наши курсанты из других групп. Когда мы прощались, ребята вышли нас проводить. На соседний корабль нас не пустили, но позвали наших курсантов из кубрика подняться на верхнюю палубу. Ребята из пятой группы тоже были рады нас видеть. Переговорив с ними, мы оправились в город.

Могли ли мы думать, что очень скоро увидимся со своими товарищами снова? Надо сказать, что, как раз в это время в Польше происходили события, которые во многом изменили нашу дальнейшую жизнь. Противостояние руководства Польши и объединения профсоюзов «Солидарность» привело к обострению международной обстановки. В один из тех осенних дней, утром, к нам в кубрик спустились наши ребята с «Тёщи» в сопровождении командира роты. «Принимайте пополнение!» – невесело пошутил Олег Николаевич. Оказалось, что в связи с событиями в Польше по приказу Министра Обороны СССР кораблям Балтийского флота приказано осуществить боевое патрулирование в районе морской границы между СССР и Польшей. Несколько кораблей, размещённых в Военно-морской Базе Лиепая, погрузили на борт боезапас и вышли в море.

Наших курсантов в спешном порядке было приказано перевести на корабли, оставшиеся в Базе. Но не все курсанты успели сойти на берег. На тех кораблях, где на борту находился боезапас, была объявлена боевая тревога, и корабли немедленно вышли в море с нашими курсантами. На нас повеяло дыханием войны. Дело начинало принимать серьёзный оборот. Никто не знал, что нас ждёт впереди.

А пока же наши товарищи занимали свободные койки у нас в кубрике, складывали обмундирование в рундуки и обживались на новом месте. Так как «Настойчивый» находился на капитальном ремонте, часть судовых механизмов была разобрана, поэтому ни в каких боевых действиях он в ближайшее время участвовать не мог. Это несколько нас успокаивало, но обстановка была достаточно нервозная. Уже к вечеру стало известно, что корабли возвращаются в Базу. Наших ребят с «Прозорливого» так и оставили у нас на «Настойчивом». Стали мы теперь жить одной большой «курсантской семьёй». Ну, что же, парни, с новосельем!

На снимке мы с Олегом Соколовым на фоне эсминца «Настойчивый». Лиепая, 1980г.

LXXV.