Прежде чем Джек успел что-либо ответить, Миранда побежала к трапу в каюте. Она слишком много ему сказала и была этим крайне смущена. Как только она закрывала глаза, она представляла себе, как он повторяет, что никто не стремился к этой свадьбе. Она знала, что это было правдой. Но все равно ей больно было это слышать.

Когда Нэт принес ей еду — это была картошка с мясом, она съела очень мало. Кто-то, наверное Фин, принес ее книги, микроскоп и несколько платьев. Миранда попыталась читать, но не смогла. Мысли ее бродили где-то далеко.

Почему она оказалась здесь? Почему она не продумала все это заранее? Надо было признаться себе, что капитану она не нужна.

Когда стемнело, Миранда поняла, что она так устала от собственных мыслей, что ей необходимо забыться. Она разделась и почти упала на кровать. Но сон не шел к ней. Она лежала и прислушивалась к плеску волн и потрескиванию деревянной обшивки, поэтому не сразу различила звук приближающихся шагов. Только когда они замерли перед ее дверью, она поняла, что кто-то стоит у порога.

Миранда приподнялась на локте и смотрела на дверь не отрываясь. Наконец она распахнулась. Лунный свет проникал в каюту и освещал ее. На пороге неподвижно стоял Джек, его золотые волосы сияли в лучах ночного светила. В полумраке Миранда не видела выражения его лица, но она знала, что он смотрит на нее. Она замерла и кровь бросилась в голову, когда он медленно и осторожно закрыл за собой дверь.

— Я не мог не прийти, — сказал он, пересекая комнату.

Глава 17

Рядом с постелью Джек остановился и, казалось, заколебался. Он не был уверен в том, как она его примет. Миранда искренне удивилась: неужели он сомневается, что она хочет его? Ее пресловутая осмотрительность! Девушка подумала, что когда дело касается пирата, то логики и рассудительности нет и в помине, и ее обуревают необъяснимо сильные чувства и страсти. Миранда подняла руку ему навстречу. Он взял ее пальцы в свои и присел на край кровати.

— Мне не следовало приходить, — прошептал он, поднося ее руку к губам. Затем словно облако пролетело по его нахмуренному лицу, и он чуть слышно добавил: — Черт меня возьми совсем, зачем ты здесь?

— Но как же я могла остаться дома, ведь мне так хочется помочь тебе, — слова Миранды потонули в медленном поцелуе, который был только прелюдией и обещал ей ни с чем не сравнимое блаженство. Вскоре она почувствовала на своих губах его улыбку.

— Только никаких вопросов. Пожалуйста, сегодня не надо вопросов.

Не дав ей возможности что-либо сказать, если бы даже она и придумала что-нибудь в ответ, Джек подтолкнул ее слегка своим телом, а Миранда, схватившись руками за пряди его длинных волос, притянула его к себе.

Целовать ее было наслаждением. Напрасно он пытался обманывать себя двадцать минут назад, шагая по палубе взад и вперед и воображая, что ее запах и нежность лишь плод его воображения. Там наверху, на палубе, он проклинал свою слабость и то, что он вообще раздумывает о том, спускаться ли ему к жене. Здесь, в спальне, Джек мог признаться себе в том, что их тянуло друг к другу с неизмеримой силой, и его воспоминания бледнели перед настоящим огнем, который охватывал их обоих.

Когда-нибудь на досуге он, по примеру Миранды, поразмышляет о страсти, которая пожирает их как лесной пожар, но только не теперь.

Сейчас он не может отвлечься ни на минуту. Ее тело как бы воспламеняло его собственное, желания переполняли его. Она властно влекла к себе особой мягкостью и теплотой, раскрывалась ему навстречу, и волосы ее, и сама она пахли настолько тонко и приятно, что Джек стал целовать изящный изгиб шеи, нежную кожу плеча.

— Встань на секунду.

Джек встал и потянул Миранду за собой, потом стянул с нее через голову сорочку и залюбовался ее прекрасным телом, кончиком пальца водя вокруг крепкой округлости грудей. Затем нагнулся и поймал ртом торчащий сосок и подразнил его языком, наслаждаясь ее сладострастным стоном.

― О, Джек!