Читаем Монолог полностью

Монолог

День за днем просыпаясь по утру и наблюдая один и тот же пейзаж за окном в приоритет встают две основные цели – не сдохнуть и не сойти с ума.Содержит нецензурную брань.

Виталий Борисович Железных

Современная русская и зарубежная проза18+

Виталий Железных

Монолог

Балкон

Утро. С правой стороны стрекочет будильник, с левой, сквозь закрытые веки, пробиваются солнечные лучи. Весь этот ебаный хаос длится лишь пару секунд, но за это время я успеваю перебрать сотню причин не покидать этот уютный мирок размером 2х1.5 метра. Плавным движением пальца по сенсеру телефона я добавляю себе еще пару минут сна, прекрасно осознавая, чем обычно заканчиваются подобные мувы, но речь идет не о здравом осознанном решении, а скорее о инстинктивном движении руки, словно рука обрела собственное сознание и стала единственным разумным существом в квартире, которого не устраивает подобный расклад. Разумеется, на работе такое оправдание не прокатит, поэтому приходится вставать.

Шаркая ногами по линолеуму, двигаюсь в сторону ванной, попутно включив чайник. Все телодвижения кажутся хаотичными, но настолько отточенными годами практики, что создается ощущение будто это мой врожденный навык позволяет мне так филигранно перемещаться по этой одинокой, холодной квартире.

Умывшись, я двинул в сторону балкона и увидел, что чайник нихера не работает. Ахуеное начало дня, подумал я, взяв пачку винстона со стола. Когда я зашел на балкон, то снова увидел ЕГО, моего молчаливого друга, который стоит прямо напротив меня. Собеседник из него не ахти какой, скажу я вам, но вот слушатель… Поверьте, даже под дулом пистолета вы не заставите ни одного человека так внимательно слушать себя. ОН, как и я стоял с дымящейся сигаретой в зубах и сразу стало ясно, что попытка бросить курить у чувака не увенчалась успехом, ровно, как и у меня. Едкий дым оставил горький осадок в горле, плавно перейдя к знакомому гареву в легких и минимальному чувству расслабления и отвлечения от насущных проблем. Все это дерьмо явно не стоит такого эффекта, но что поделать, что нас не убивает, то делает сильнее, верно? Я бы поспорил. Мой молчаливый приятель синхронно повторял мои движения, этот чувак явно понимает меня лучше, чем я сам.

Я выглянул из балкона вниз, там видно, как куча человеков вылезает из своих человейников, чтобы успеть сделать за сегодня свои маленькие человеческие дела и повторить эту процедуру завтра. Разумеется, я не вправе их осуждать, каждый человек считает себя главным героем своей жизни, каждый имеет свой богатый внутренний мир и прочая хрень, но с высоты полета моего балкона вся эта возня внизу выглядит смехотворно. Я глянул на часы и понял, что мне бы уже пора и самому спуститься с небосвода на землю и выполнять свою функцию маленького звена общества. Да похер, скажу на работе, что стоял в пробке.

Оставив бычок тлеть в пепельнице я вернулся в квартиру. С кофем сегодня явно облом, что ж, значит пора вызывать такси.

Вылазка во внешний мир

“Машина назначена, через 7 минут приедет водитель Мамадалиев Сухроп”, сообщает мне оповещение на телефоне, означающее, что в скором времени я в карете класса эконом, за баранкой которой находится коренной житель моего родного села, со скоростью два метра в час с ветерком прокачусь по пробкам в обитель людской глупости и лицемерия, а именно в ресторан “Y/F” – мое рабочее место. Понятия не имею что за гений-маркетолог придумал такое название для общепита, но как однажды нам сказал сам владелец этого ресторана: “Это название не имеет абсолютно никакого значения”. Что ж, звучит довольно прогрессивно, куда уж нам, простым смертным, пытаться понять все тонкости современного маркетинга.

Я вошел в лифт, мой молчаливый друг последовал моему примеру. Зеркало в лифте было исцарапано невнятными надписями, на стенках красуются разного рода теги, некоторые кнопки выжжены зажигалкой, в общем присутствуют все атрибуты, которые полагаются любому уважающему себя лифту. Я поглядел на своего одинокого слушателя и увидел круги под глазами, как на полях. Видимо три часа сна не заставили его бодрствовать по утру. Наконец лифт пошатываясь и со стонами доставил меня на первый этаж, а когда я вышел из подъезда, то увидел, что карета уже подана. Я быстренько запрыгнул в камри 3.5, заткнул уши затычками и унесся на волнах бита и басса в просторы фантасмагории. Не поймите меня неправильно, я не имею ничего против армянской музыки, но нынче утром я совсем не горел желанием ее слушать, так что решил предоставить водителю возможность в одиночестве насладится этим прекрасным песнопением, доносившемся из его хриплых колонок.

Поездка вышла непримечательной, пробка образовалась из-за какого-то мудака, который решил прогуляться на мосту прям посреди дороги, как не удивительно в следствии этого его сбил один из представителей нашей касты человеков-работяг, который опаздывал на работу. Насколько я смог выяснить позже, оба отделались легким испугом, но осадочек в душе друг на друга остался явно у обоих.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Уроки счастья
Уроки счастья

В тридцать семь от жизни не ждешь никаких сюрпризов, привыкаешь относиться ко всему с долей здорового цинизма и обзаводишься кучей холостяцких привычек. Работа в школе не предполагает широкого круга знакомств, а подружки все давно вышли замуж, и на первом месте у них муж и дети. Вот и я уже смирилась с тем, что на личной жизни можно поставить крест, ведь мужчинам интереснее молодые и стройные, а не умные и осторожные женщины. Но его величество случай плевать хотел на мои убеждения и все повернул по-своему, и внезапно в моей размеренной и устоявшейся жизни появились два программиста, имеющие свои взгляды на то, как надо ухаживать за женщиной. И что на первом месте у них будет совсем не работа и собственный эгоизм.

Некто Лукас , Кира Стрельникова

Современная русская и зарубежная проза / Самиздат, сетевая литература / Любовно-фантастические романы / Романы
Обитель
Обитель

Захар Прилепин — прозаик, публицист, музыкант, обладатель премий «Национальный бестселлер», «СуперНацБест» и «Ясная Поляна»… Известность ему принесли романы «Патологии» (о войне в Чечне) и «Санькя»(о молодых нацболах), «пацанские» рассказы — «Грех» и «Ботинки, полные горячей водкой». В новом романе «Обитель» писатель обращается к другому времени и другому опыту.Соловки, конец двадцатых годов. Широкое полотно босховского размаха, с десятками персонажей, с отчетливыми следами прошлого и отблесками гроз будущего — и целая жизнь, уместившаяся в одну осень. Молодой человек двадцати семи лет от роду, оказавшийся в лагере. Величественная природа — и клубок человеческих судеб, где невозможно отличить палачей от жертв. Трагическая история одной любви — и история всей страны с ее болью, кровью, ненавистью, отраженная в Соловецком острове, как в зеркале.

Захар Прилепин

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Роман / Современная проза