Читаем Молот и крест полностью

Много-много часов спустя Шеф услышал, как мотыга ударилась о дерево. Он скорчившись сидел над черной дырой, но сразу распрямился. Такую ночь не забудешь. Место они нашли без труда, пользуясь указаниями карты. Никого по дороге не встретили. Но где начать копать? Стражники и землекопы молча ждали приказаний. Он приказал зажечь факелы, осмотрел почву. Нет ли следов рытья? Как только загорелся первый факел, над курганом вспыхнуло и ушло в небо голубое свечение. В этот момент Шеф потерял половину своих землекопов: они просто растворились в ночи. Викинги держались значительно лучше, они сразу обнажили оружие и смотрели по сторонам, словно ожидали в любую минуту нападения мстительных мертвецов. Но даже Гутмунд Алчный, самый заядлый охотник за сокровищами, неожиданно утратил весь свой энтузиазм.

– Мы рассредоточимся, – сказал он. – Не нужно, чтобы кто-нибудь увидел.

И викинги исчезли. Они где-то здесь, в темноте, собрались небольшими группами, спинами друг к другу. Шеф остался с десятью англичанами-фрименами, у которых от страха стучали зубы. Не имея ни чертежа, ни плана, он всех поставил на вершине кургана и велел копать прямо вниз, как можно ближе к центру.

Но наконец они на что-то наткнулись.

– Это сундук? – с надеждой спросил он.

Единственным ответом были отчаянные рывки веревки которая вела в восьмифутовую яму.

– Они хотят наверх, – сказал кто-то из стоявших рядом с ним.

– Вытаскивайте.

Выпачканных землей людей медленно подняли наверх. Шеф терпеливо ждал их отчета.

– Не сундук, хозяин. Это лодка. Днище корабля. Должно быть, закопали его вверх дном.

– Пробейте.

Головы закачались. Молча один из бывших рабов протянул свою мотыгу. Другой – слабо горящую ветку пихты. Шеф взял их. Он понимал, что теперь не имеет смысла вызывать добровольцев. Глубоко вогнал свою алебарду в землю, взял веревку, проверил ее крепость, посмотрел на окружившие его темные фигуры, только их глаза видны были в темноте.

– Оставайтесь у веревки. – Головы закивали. Шеф неловко начал спускаться в темноту, держа в одной руке мотыгу и факел.

На дне он обнаружил, что стоит на изогнутой деревянной поверхности, очевидно вблизи киля. В слабом свете своего факела он провел рукой по доскам. Накрывают друг друга, обшивка внахлест. И он чувствовал, что доски густо просмолены. Сколько они могут продержаться в этой сухой песчаной почве? Он поднял мотыгу и ударил – ударил еще раз, сильнее, услышал звуки раскалываемого дерева.

Изнутри вырвался воздух с гнилым запахом. Неожиданно ярко вспыхнул факел. Сверху послышались тревожные крики и шум. Но это не запах разложения. Похоже скорее на запах коровника в конце зимы. Он ударил еще и еще, расширяя отверстие. Он уже понял, что под досками пустое пространство, без земли. Строители кургана сумели создать помещение для мертвых, они не закопали сокровища просто в землю.

Шеф пропустил веревку в отверстие и спустился сам, держа в руке факел.

Под ногой хрустнули кости. Человеческие кости. Шеф огляделся, почувствовал прилив жалости. Ребра, на которые он наступил, не принадлежали хозяину сокровища. Женские кости. Он видел под черепом застежку плаща. Женщина лежит лицом вниз, их две, обе лежат вдоль стен погребального помещения. У обеих спины сломаны тяжестью большого жернова, которым их придавили. Руки у них связаны, их опустили в могилу, сломали спину и оставили умирать в темноте. Жернов показывает, кто эти женщины: рабыни, моловшие зерно для своего хозяина. Здесь они, чтобы вечно молоть ему зерно и готовить овсянку.

Где рабыни, там должен быть и хозяин. Шеф поднял факел и повернулся к корме корабля.

Здесь, в высоком кресле, сидел король. Смотрел на своих собак, и лошадь, и женщин. Зубы его блестели в ссохшейся коже. На лысом черепе золотая корона. Подойдя ближе, Шеф посмотрел в полусохранившееся лицо, как будто искал тайну величия. Он вспомнил страстное желание Кара Старого сохранить свои богатства, король предпочел всегда быть рядом со своими сокровищами, чем остаться жить без них. Под рукой у короля точильный камень, символ могущества короля-воина, живущего остротой оружия своих солдат. Факел Шефа неожиданно погас.

Шеф стоял неподвижно, чувствуя, как мурашки ползут по коже. Впереди послышался треск, какое-то перемещение тяжести. Старый король поднимается со своего сидения, чтобы свести счеты с грабителем, пришедшим за его сокровищами. Шеф напрягся, ожидая прикосновения костлявых пальцев, ужасных зубов в высохшей коже.

Он повернулся и в полной темноте сделал четыре, пять, шесть шагов, рассчитывая добраться до места, через которое спустился. Правда ли, что стало чуть светлее? Почему он дрожит, как самый обычный раб? Он встречался со смертью вверху – не побоится смерти и в темноте.

– Ты теперь не имеешь права на золото, – сказал он в темноту, ощупью возвращаясь к высокому сидению. – Дети твоих детей отдали его мне. Отдали с целью.

Он шарил в темноте, пока не нашел факел, потом возился с огнивом и трутом, которые достал их сумки на поясе, старался высечь искру.