Читаем Молот и крест полностью

И тут вся палатка рухнула, по ней пронеслось множество ног, копья били вниз, в запутавшихся в ткани людей. Тело в руках Шефа дернулось снова и снова; из темноты в дюймах от него раздавались крики боли и страха, лезвие вонзилось в землю, оцарапав колено Шефа. Неожиданно ноги исчезли, мимо Шефа поток тел и голосов вылетел на дорогу, снова послышался звон металла и крики в десяти ярдах в сторону центра лагеря.

Шеф понял, что происходит. Английский король принял вызов викингов, напал на их лагерь ночью и каким-то чудом – благодаря хорошей организации или из-за самоуверенности противника – прорвался через ограду, пробивался к кораблям и палаткам вождей, убивая по пути как можно больше запутавшихся в одеялах воинов. Англичане двигались к центру и к реке. Шеф схватил брюки, сапоги и пояс с мечом и мимо трупов своих недавних соседей выбрался на открытое пространство. Оделся и побежал, низко прижимаясь к земле.

Никого ближе двадцати ярдов от него не было. Вокруг упавшие палатки с телами под ними, некоторые слабо зовут на помощь или пытаются встать. Англичане рубили все, что движется. Они оставили мало живых.

Прежде чем викинги придут в себя, соберутся, нападающие проникнут в сердце их крепости, и битва будет безвозвратно проиграна.

Вдоль всей линии берега огонь и дым, огонь охватывает все новые и новые просмоленные корпуса, поднимается по мачтам. В огне видны скачущие демоны, они бросают копья, размахивают топорами и мечами. В своем первом натиске на корабли англичане, должно быть, встретили слабое сопротивление. Но викинги, расположенные у кораблей, быстро пришли в себя и начали отчаянно защищать своих морских коней. А что происходит у палаток Рагнарсонов? Неужели наступил нужный момент? Шеф размышлял спокойно и сосредоточенно, в его расчетах нет места сомнениям. Подходящий ли момент, чтобы попытаться спасти Годиву?

Нет. Очевидно, идет битва, обе стороны яростно сопротивляются. Если викинги отобьют нападение, Годива останется в прежнем положении, – рабыней, наложницей Айвара. Но если нападение удастся, если он спасет Годиву...

Он побежал, но не в сторону сражения, где полувооруженный человек не найдет ничего, кроме быстрой смерти; он побежал в противоположном направлении, к ограде лагеря, где пока еще тихо и темно. Но не совсем. Шеф вдруг понял, что битва идет не только возле него, но и далеко, во всех направлениях вокруг ограды. В темноте пролетали копья, горящие стрелы вонзались в бревна ограды. Король Эдмунд вел одновременное наступление со всех направлений. Каждый викинг устремлялся к ближайшему опасному месту. И к тому времени, как они поймут, где действительно нужна их помощь, король уже либо выиграет, либо проиграет битву.

Как тень, Шеф пробежал к загонам рабов. К нему из темноты устремилась фигура, бедро окровавлено, в руке длинный меч.

– Fraendi [друг], – сказал этот человек, – помоги мне, останови кровотечение...

Шеф ударил мечом снизу вверх, повернул меч, извлек его.

Один, подумал он, перехватывая длинный меч викинга.

Охрана загонов оставалась на месте, стражники собрались тесным строем перед входом, намеренные противиться любой попытке прорваться внутрь. Вдоль всей ограды загона торчали головы рабов, те пытались понять, что происходит. Шеф перебросил длинный меч через ограду и одним гибким движением последовал за ним. Кто-то из стражников заметил его, крикнул, но движения не было. Не зная, что делать, стражники не решались отойти от ворот.

Вокруг фигуры, дурно пахнущие, цепляющиеся. Шеф выкрикнул ругательство на английском, оттолкнул их. Длинным мечом разрезал кожаную веревку наручников ближайшего, сделал то же самое с кандалами на ногах, передал меч в освобожденные руки.

– Освобождай других, – приказал он и тут же повернулся к соседнему, вытащив из ножен собственный меч. Рабы увидели, что происходит, протягивали руки, подставляли кандалы, чтобы было легче резать. Через двадцать ударов сердца освободился уже десяток рабов.

Ворота распахнулись, стражники решили войти внутрь и отыскать пробравшегося туда. Как только показался первый викинг, его схватили за ноги и за руки, кулаком ударили в лицо. Через секунду он лежал на земле, топор и меч у него отобрали, из темноты на него обрушился град ударов. Шеф лихорадочно резал кожу, неожиданно увидел своего сводного брата Альфгара, тот смотрел на него с удивлением и гневом.

– Мы должны забрать Годиву.

Альфгар кивнул.

– Иди со мной. Послушайте, вы, остальные, у ворот много оружия, прорывайтесь на свободу. Те, у кого есть оружие и кто хочет сразиться за Эдмунда, через стену и за мной.

Шеф сунул меч в ножны, ухватился за верх ограды, вторично мощным рывком перемахнул через нее. Мгновение спустя показался Альфгар, он еще не пришел в себя от неожиданного освобождения, а дальше десяток полуобнаженных фигур устремился из-за ограды. За ними еще. Кое-кто тут же растворился в темноте, другие с гневом обрушились на стражников, которые все еще не могли пройти через ворота. Шеф с десятком последователей побежал назад между палатками.