Читаем Молот и крест полностью

Оскорбленный, понимающий, что никакие маневры невозможны с деревенскими танами, составляющими большую часть армии Бургреда, Гвикхельм быстрой рысью повел своих людей на небольшой холм над рекой, он со своими ближайшими помощниками вырвался вперед, они выкрикивали боевые призывы, размахивали мечами, призывая остальных следовать за собой.

Английская армия, увидев ненавистные драккары перед собой – каждый экипаж образовал клин перед своим кораблем, – приободрилась и с энтузиазмом двинулась вперед. Пока не упадут духом, подумал Гвикхельм, отступая, так что ряды перед ним сомкнулись. Или пока не устанут, еще не начав. Он покрепче прижал щит к плечу, не пытаясь пока держать его перед собой. Щит весит стон – четырнадцать английских фунтов, остальные доспехи и оружие – еще три стона. Для переноски не очень много. Но бежать с этим тяжело. И еще тяжелее использовать в бою. Сквозь пот, заливающий глаза, он заметил, что люди на противоположном берегу барахтаются в палатках. Не часто застанешь викингов за сном, подумал он. Обычно нас так застают.

Первый залп онагров Эркенберта пробил шесть отверстий в боевой линии англичан, каждый камень пролетел через все шесть рядов бойцов. Тот, что был нацелен в центр, на командиров, заметных в своих золотых, темно-красных и алых плащах, был нацелен чуть высоко и пролетел на уровне голов. Гвикхельм так и не увидел удар, который отбросил назад его голову, так что лопнул позвоночник, убил еще несколько человек за ним и погрузился в землю рядом с телегой, на которой епископ Даниэль пел ободряющий псалом. И в мгновение и маршал, и вся армия лишились головы.

Большинство английских воинов за своими забралами даже не видели, что произошло слева или справа от них. Они видели только врага непосредственно перед собой, и враг этот казался таким слабым, викинги собрались у своих кораблей изолированными клиньями, на расстоянии в пять-десять ярдов друг от друга. С криком англичане побежали вперед, набросились на эти клинья, размахивая мечами и копьями, били в щиты, старались добраться до голов и ног. Напрягаясь, воины Айвара сдерживали их пять минут, которые потребовал от них предводитель.

А катапульты по заранее рассчитанным линиям продолжали наносить неудержимые удары.

* * *

– Что-то происходит, – сказал Бранд.

Шеф ничего не ответил. Уже несколько минут, напрягая свой единственный глаз, он пытался рассмотреть машины, которые несут такой хаос в ряды армии Бургреда. Потом сосредоточился на одной, считал удары сердца от одного выстрела до другого. Теперь он хорошо представлял себе эти машины. Катапульты, действующие на принципе скручивания, об этом свидетельствует дальность выстрелов и их разрушительный эффект. Они основаны не на принципе лука. Об этом же свидетельствует и прямоугольная форма, хотя на расстоянии в милю мало что можно разглядеть. И еще их вес, о нем он судил по напряжению рей и воротов, они должны быть очень прочны, чтобы выдержать такой удар. Да. Небольшой эксперимент, более близкий взгляд, если будет возможность, и...

Время подумать о более настоятельных проблемах. Шеф снова обратился к битве. Что-то происходит, сказал Бранд. Легко догадаться, что. После первых же залпов те англичане, что стояли поближе к мету падения, начали оглядываться по сторонам, поняли, что для безопасности лучше поставить между собой и машинами вражеские клинья. Но поворачивая вбок, они мешали передовым, опытным бойцам, которые сражались с викингами. Многие из этих бойцов, полуослепленные своими шлемами, отягощенные доспехами, понятия не имели о происходящем, знали только, что происходит что-то странное. Некоторые из них начали отступать, пробовали поднять забрала, отталкивали тех, кто должен был поддерживать их сзади, а теперь только мешал. Если бы викинги Айвара были собраны вместе, они могли бы использовать эту возможность и прорвать строй. Но они не были собраны. Они сами располагались небольшими группами и легко могли быть поглощены, если бы продвинулись вперед – от кораблей и берега. Наступило равновесие в битве.

Бранд снова хмыкнул и на этот раз сжал пальцами руку Шефа. Машины Айвара получили приказ сменить цели, приказ был усилен пинками и ударами. Когда английские мечники устремились вперед, их неуклюжие повозки со знаменами остались позади, на каждом развевающийся флаг – короля и олдермена, епископа или аббата. Теперь их было на одну меньше. Щепки еще летели в воздухе, поворачиваясь. Прямое попадание. И еще раз. Упряжка быков опустилась на колени, колесо отлетело в сторону. В рядах армии Пути, тоже наблюдавшей за битвой, раздались восклицания, подавленные пинками и окриками маршалов и офицеров. Крест еще мгновение стоял вертикально, потом наклонился вперед и рухнул на землю.

Что-то внутри Шефа щелкнуло, как вставший на место зуб колеса. Задумчиво, не замечая возбуждения окружающих, он глотнул из фляжки, которую весь день держал в руке: хороший эль. Но в нем содержимое маленькой кожаной бутылочки, которую дал ему сегодня утром Хунд. Он продолжал пить, подавляя рвотный рефлекс, ощущая вкус гнилого мяса.