Читаем Молчунья полностью

Места вокруг становилось всё меньше и меньше, радовала лишь тёплая и приятная моему телу жидкость в моём доме.

Ночь кончалась, начинались плавные движения в горизонтальном положении, всё как всегда, но вдруг жидкость из моего дома стала куда-то уходить, а с нею тепло и уют. Что происходит, как же мне теперь быть, всё это конец, конец света, это та самая неизбежность, которую я так боялась. Началась какая-то суета, мой дом вместе со мной тут же переместился в вертикальное положение, всё заходило ходуном. Я пока ещё жива, но что же всё-таки происходит? Как же теперь дальше, что дальше-то? О Боже, какой кошмар! Всё прыгало вокруг ещё несколько минут, потом успокоилось; жидкость не вернулась, и тут я заметила, что запуталась в веревке, которая присоединена ко мне в районе живота и от которой мне легко удавалось увиливать, когда вокруг была моя родная и тёплая жидкость. А теперь мне никак из неё не выбраться, она закрутилась вокруг моей шеи, и при каждой моей попытке выкрутиться из неё она затягивается туже. Снаружи доносились звонкие крики, а на стенки дома что-то давило, выдавливая меня в сторону какой-то пещеры, которую раньше не было видно, но я застряла, меня держала веревка. Потом снаружи всё стихло. Это длилось недолго. Вдруг, сквозь стенку моего дома проникло что-то плоское, блестящее и холодное, при этом при его движении отверстие в стене моего дома, становилось всё больше и больше, появился резкий, ослепляющий меня свет, – всё это конец. Я смирилась с неизбежным и перестала двигаться, ожидая конца, как вдруг меня что-то схватило и стало тянуть, освобождая от веревки на шее, свет стал ещё более ярким и невыносимо режущим глаза, стало холодно и сухо. Я почувствовала острую боль в районе живота, где крепилась та самая, вечно мешающая мне веревка (пуповина); её больше нет со мной, она мне не мешает. Какая-то теплая жидкость полилась на меня, а потом что-то мягкое начало ко мне прикасаться и гладить меня. Снова сухо и холодно. Меня несут куда-то в горизонтальном положении. Остановка. Меня положили на что-то мягкое и теплое, стали слышны знакомые мне звуки, которые доносились до меня, когда я была в своем уютном домике, погруженном в жидкость: тук-тук, тук-тук, тук-тук (стук материнского сердца). Я почувствовала приятный запах. Меня потянуло к этому запаху. И вот я уже у цели, почти рядом, – ам, я уткнулась во что-то большое, горячее и пульсирующее (грудь), а на поверхности какая-то маленькая горошина (сосок), вот за неё я и схватилась губами. Из этой горошины сразу что-то полилось прямо мне в рот (молоко). Как вкусно. Чмок, чмок, чав, чав…

Это были первые глотки материнского молока.

Я услышала чей-то приятный голос, который говорил что-то нежное и мелодичное.

Затем меня снова подняли вверх и куда-то понесли. Меня положили на какую-то чашу (родильные весы), подержали немного на ней и снова понесли, затем снова положили и начали заматывать во что-то (пелёнки). Руками и ногами я больше не двигала, не могла, только голова осталась свободной. Меня, всю завернутую в эту ткань, снова куда-то понесли, по голосу и запаху я узнала, что меня несут к чему-то теплому, нежному, с приятным голосом и вкусным лакомством.

Медсестра вошла в палату к женщине, держа на руках её дочь, Ангелину, закутанную в пелёнки.

– Вес девочки три килограмма семьсот грамм, – сказала медсестра, – Сейчас надо покормить девочку и пусть она поспит.

– Ой, какая прелесть, я всё поняла, – сказала женщина и оголив грудь, принялась кормить родное существо.

– Ам, чав, чав, вкусно. Зяв, засыпаю…

ПЕРВЫЙ ДЕНЬ В НОВОМ МИРЕ

Глаза Ангелины открылись после обеденного сна, и резкий свет снова ослепил её, девочка прищурилась.

– Где я и что со мной происходит, где мой теплый и уютный домик? – грустно подумала Ангелина.

– Ах, да я совсем забыла, что у меня больше нет моего домика, меня оттуда выдернула неведомая мне ранее сила. Свет, свет, много яркого света. Новый мир. Да, я в новом мире. Я спала, а сейчас я, кажется, проснулась. Со мной снова происходит что-то новое. Сзади, в нижней части моего тела, из меня полилось что-то жидкое и теплое, оно начало растекаться подо мной и согревать. Ох, как тепло, интересно, что это и почему оно такое тёплое, почему вышло из меня, значит, во мне что-то есть, кто (что) же там? Ой! Куда же уходит согревающее меня тепло, становится прохладно и некомфортно. Хе, опять какое-то напряжение в нижней части меня, пррр-бульк, приятно, это снова нечто жидкое и теплое, но теперь ещё и резко пахнущее, не растекающееся вокруг меня, что же это может быть?

Это были первое мочеиспускание и какашки, которые так «здорово» пахли.