Читаем Молчание полностью

— Знаете, с кем я там пообщался? С Мэнди Пэтинкином.[59] Кинозвезда! Когда нужно играть хулиганов, то что ни говори, а ему нет равных. Когда-нибудь они сделают фильм о моей жизни… Я сказал ему, чем я занимаюсь. Он решил, что все это параша. Сказал, что не может представить меня в роли ростовщика. Что я кажусь ему слишком мягким, слишком респектабельным, больше похожим на адвоката или, может, бухгалтера из ваших. Все мы плаваем в одних водах, сказал я. Он засмеялся, но все-таки не поверил… Я рассказал ему о нас, Том.

— Что?!

— Не называя имен. Просто сказал: мистер Пэтинкин, оглянитесь вокруг. Вы бы поверили, что в этом зале присутствует некий господин — между прочим, один из самых уважаемых людей в обществе, который нанял меня, чтобы я примочил дружка его жены? Мероприятие намечено на сегодняшний вечер. Можете его вычислить? То-то же. А теперь загляните в мои глаза и скажите, что вы там видите.

Виктор снял очки и закусил зубами одну дужку. Он улыбался Тому.

— Это вы мне?

— Видели бы вы его физиономию! Я попросил у него автограф для одного из моих сыновей. Пэтинкин оказался весьма любезен, но, как вы, наверное, догадались, этот король злодеев не замедлил удалиться от греха подальше.

— Вы и впрямь спятили.

— Буду с вами честен, Том. Все прошло не совсем по плану. Ваша жена была у Хейнса. Похоже, они все-таки надумали смыться. Мы были вынуждены импровизировать, но я пришел сказать вам, что ситуация находится под контролем… постоянно.

— Что с моей женой и ребенком? — спросил Том. — Где они были, когда это происходило?

— В полной безопасности. Она знает, что случилось, но в доме ее не было, она ничего не видела, мальчик тоже. Вероятно, сейчас она уже на пути сюда.

Том на минуту задумался. Виктор лжет. И причина у него, возможно, не одна.

— Она поедет в полицию.

Виктор снова улыбнулся.

— Вы же умный человек, Том.

— Почему вы не дождались, когда он будет один?

— Чтобы дать им сбежать? — Виктор вскинул брови. — Вы этого хотели?

— Все, что от вас требовалось, это висеть у них на хвосте. И что с этим парнем, с детективом? Что было сделано, чтобы все выглядело как несчастный случай, черт вас возьми?

— Как-то рискованно, когда рядом ваш сын. Мы узнали, что Хейнс собирается захватить ребенка, так что пришлось менять тактику. Главное — мы его остановили, сцапали этого пизденыша. Ваша жена уверена, что он просто хотел «подстраховаться». Она, естественно, расстроена, но ничего, переживет, а вы из этого выйдете, благоухая розами.

— Черт, все наперекосяк! Вы распустили своих тупых скотов, и они провалили дело.

Виктор покачал головой.

— А я-то думал, вы оцените то, чего мы сегодня добились. Отлично сработано! Должен сказать вам, партнер, как бизнесмен бизнесмену: я рассчитывал…

Снизу, от подножия скалы, донесся внезапный гул прибоя: волна, поднятая давно прошедшим сухогрузом, разбилась о берег и покатилась назад, прорываясь сквозь пробоины в каменной кладке старой разрушенной стенки набережной. Виктор помолчал, ожидая, когда стихнет рев, словно это были аплодисменты.

— Я рассчитывал на более щедрую благодарность с вашей стороны за то, что вам возвращают сына целым и невредимым. — Он подышал на стекла очков и потер их о рукав пиджака. — Какой все-таки у вас чудесный ребенок, Том! Должно быть, вы очень им гордитесь.

Виктор посмотрел линзы на свет в окнах дома и надел очки.

— Своим сыном и наследником.

Том сидел, глядя прямо перед собой; одно веко у него дергалось на замутненной периферии обзора. Он увидел, как она приближается, увидел, как вырисовываются вокруг него смутные очертания этого безглазого чудища. Но в своей беспомощности вернулся к мысли, что если он просто от нее отмахнется, то это не произойдет. Даже когда до него дошел скрытый смысл вымогательского упрека Виктора, он продолжал верить, что все еще можно отыграть назад и равновесие жизни в Эджуотере каким-то чудом восстановится.

— Что вам нужно, черт побери?! — взорвался он.

— Что мне нужно? — Виктор поднялся с парапета и, обойдя кресло Тома, встал сзади него. — Что мне нужно? — Он положил руку ему на плечо и наклонился, приблизив губы к его уху. — Мне нужно все, Том, — все, что вы имеете.

Том ответил презрительным смешком.

Заимодавец тоже засмеялся. Потом отступил назад и, воздев руки к небу ладонями вверх, медленно развернулся кругом.

— Все! Дом, парк, конюшни, пляж, эта площадка для крокета, этот вид, эта… эта ваша красивая жизнь.

Улыбка сошла с его лица.

— Ладно, шучу.

Том с трудом поднялся на ноги.

— Где он? Где Док? Отвечай, сукин сын! — Стиснув кулаки, он подступил к Виктору, но его так шатало, что его демарш не представлял реальной угрозы. — Где?

— Вы не возражаете, если я дам вам один маленький совет? — спокойно спросил Виктор.

Она медленно всплывает на поверхность.

Притягиваемая далеким лунным сиянием, которое, постепенно собираясь в фокус, принимает очертания глухого окна над верстаком Джо. Ей вспоминается голос из внедорожника — дивный, тонкий, чистый голос.

«Можно, мы поедем домой?»

Щелчок захлопнувшейся дверцы.