Читаем Молчание костей полностью

– Она забеременела, – скрипящим шепотом продолжала шаманка, – а когда у нее родился сын, Пёль назвала его Дживон. Только «джи» не в значении «мудрость», а как в ханча «безобразность». И значило его имя «безобразное происхождение». Не шибко хитрое имечко, зато все сразу узнали о ее позоре. Пёль уволили, и она стала местной шлюхой. – Шаманка снова взглянула на мужчину – тот ковырялся в ушах. – Ее использовали и бросали, использовали и бросали. До тех пор пока в деревне не осталось ни одного мужчины, не имевшего с ней дела.

Я отодвинулась от старика подальше. По всей видимости, он тоже подсобил накопившейся в Пёль ненависти. Я повернулась обратно к шаманке:

– А кто-нибудь знает, кто отец?

Женщина покачала головой.

– А что случилось с Дживоном?

– Может, Пёль посчитала, что в будущем ему ничего не светит, а может, она его просто-напросто презирала. Но когда мальчику исполнилось тринадцать, Пёль задушила его и скинула в колодец.

Шаманка затянулась еще раз, и на ее губах раскрылось облачко дыма. Она растерянно помотала головой.

– Я ее видела в тот день. Она стояла под деревом, ухмылялась, смеялась. Сказала мне, что ждет сына… Думаю, с того момента, как она скинула его в колодец, прошли считаные минуты. А ночью она обвязала вокруг шеи веревку и повесилась. Деревенские похоронили ее, и с тех пор вот уже много лет я успокаиваю ее дух ритуалами.

– А тело ее сына? – осведомилась я.

Шаманка покачала головой.

– Одна девочка видела, как его убили – задушили и сбросили в колодец, но слишком боялась кому-либо сказать. Мы узнали обо всем лишь на следующий день, однако тела Дживона в колодце так и не обнаружили. Мы нашли только Пёль. Ее даже хоронить никто не хотел, ведь она убила собственного сына. Но в конце концов пришлось.

– Проводите меня к могиле? – тихо попросила я.

Я не представляла, где еще искать правду.

Шаманка со стариком встали и вывели меня из хижины. По всей видимости, им обоим было любопытно, что крылось за моей настойчивостью. Мы пошли в глубь чащи к горным склонам. Некоторые деревья были обвязаны бумажными амулетами, которые не пускали злых духов в деревню. Минув эти барьеры, мы вышли на пугающе пустую поляну, усыпанную снегом.

– Вот здесь, – шаманка обвела рукой поляну, и истрепанный халат, накинутый поверх платья, взвился у нее за спиной, как будто его подхватили призраки. – Ее могила.

Передо мной вздымался холмик не выше колена – курган, под которым лежал гроб. Я не представляла, что надеялась тут найти. Однако потом мне в глаза бросилось нечто странное. Пёль похоронили семнадцать лет назад. За это время курган должен был зарасти сорняками и покрыться снегом. Тем не менее земля была свежей, как будто ее недавно перерыли.

Озадаченно хмурясь, я обошла курган кругом и прямо за ним обнаружила лопату, на лезвии которой налипла сухая грязь.

– А это точно могила Пёль? – обратилась я к шаманке.

– Точно! – женщина почти визжала, раскрыв от ужаса глаза. – Я здесь в прошлое полнолуние была, изгоняла ее хан… И тут все было в сорняках!

Мужчина откинул волосы назад.

– Похоже, Пёль проснулась и пошла на поиски сына.

* * *

Спровадив местных, я вернулась к могиле. По пустырю плыли огромные тени облаков. Журчали ручейки на холмистых склонах. Иногда раздавалось хлопанье птичьих крыльев. Однако помимо этого в лесу стояла гнетущая тишина.

Я была совершенно одна.

Я присела и дотронулась до затвердевших от холода комьев земли. Снег растаял у меня под ладонями.

Я терзала нижнюю губу. Я совершенно точно была уверена, что кто-то вскопал могилу. Но зачем? Хотел что-то спрятать или забрать? Я взяла в руки лопату и заверила себя, что другого способа проверить нет. Замахнувшись, вонзила лезвие в курган. Грязь мигом запачкала мне одежду. Еще один замах, и к моим ногам покатились комья земли. Раз за разом я с громким «хрясть» вонзала лопату, и раз за разом земля с громким «шлеп» падала у меня за спиной.

А потом я услышала глухой стук. Лопата уткнулась в дерево.

Дрожащими руками я очистила деревянный гроб от земли. Грудную клетку наполнил страх – густой, колючий.

Глубоко дыша, чтобы не закричать, я откинула крышку.

Внутри были только кости и маленькая гипсовая шкатулка. Когда сердце успокоилось, мурашки прошли, а страх улетучился, я взяла шкатулку в руки. Издавна повелось класть в могилу умершего какой-нибудь предмет, чтобы отправить его к погибшему в загробный мир. Внутри шкатулки оказалось письмо. Может, поэтому могилу разрыли – хотели подложить шкатулку?

Я развернула письмо и увидела выведенные чернилами буквы. Мне потребовалось несколько мгновений, чтобы разобрать написанное, но я все-таки справилась.

«Матушка!