Читаем Мой визави полностью

− Нахр*на? Эта шерстяная тварь гадить начала? – он покосился на мирно лежащего на полу и ничего не подозревающего кота.

− Нет, Мурз − воспитанный кот, а вот ты со своими носками достал уже! Думаю побрызгать, вдруг поможет, – громогласный смех Стаса наполнил кухню.

− Принцесса, я от твоих бесконечных пузырьков, баночек и скляночек в ванной тоже не в восторге. Хр*н до станка с пеной дотянешься, чтобы ничего не уронить, но я же не возмущаюсь.

− Мои баночки не пахнут так, как-будто кто-то сдох!

− Ладно, у меня предложение − разделение по половому признаку. Мы с Ромкой займём ванную на втором этаже, а ты на первом. Заметь, твоя больше. Компромисс.

− Хорошо, но носки ты всё равно будешь там убирать, хотя бы по субботам.

До регистрации оставалось две недели, и с каждым днем моё напряжение и волнение возрастало. Голова готова была закипеть от количества информации, не смотря на то, что часть забот взял на себя Стас. Я всё равно беспокоилась, а учитывая, что сегодня должны были прилететь родители, то я представляла собой сплошной клубок нервов.

− Принцесса, ты чего дёрганая с самого утра? – Стас взял меня за руку, выруливая с парковки.

− Родители сегодня прилетают.

− И? Вопрос тот же. Прилетают, встретим. Остановятся у нас?

− В моей квартире. Я подумала, что так будет удобней.

− Во сколько приземляются?

− В 18.25.

− Встречу. Ты только им мой номер телефона сбрось или мне их дай, чтобы не разминуться.

− Может, пусть лучше на такси едут?

− Ты настолько не любишь своих родителей?

− Люблю, ну, блин, – я со стоном откинула голову на сиденье.

− Эй, успокойся. Найдём мы с твоими родителями общий язык, не устраивай драму. Заберу их из аэропорта, отвезу в квартиру, потом заеду за Ромкой и за тобой.

− Лика до какого числа в городе будет?

− Не знаю, у её Костика дела какие-то тут. Я не вникал.

− Ромка по отношению к ней вроде бы оттаял.

− Главное, чтобы она опять ошибок не наделала. У него возраст сейчас такой, что обиды запоминаются, – Ромка проводил больше половины дня у Анжелики, периодически даже оставался с ночевкой. Хоть это и было правильно, я переживала.

День прошёл скомкано, я была, как на иголках. Всё валилось из рук. Только, когда на пороге кондитерской появился улыбающийся Франц с Ромкой, меня немного отпустило.

− Принцесса, шевелись, у нас ужин в девять. Твои родители в гости приедут.

− Что? Они же завтра собирались.

− Видимо, я настолько их очаровал, что они передумали.

− Я же не успею ничего приготовить, Стас.

− Я уже всё заказал из ресторана. Так что, тебе надо только погрузить свою попу в машину и добраться до дома.

Родители были пунктуальны до минуты. Стас, конечно же, отвесил пару шуток про дотошность немцев и отпечаток немецкого менталитета на русской душе, чем тут же заслужил расположение моего отца. Мама больше молчала, лишь изредка задавала вопросы, почти не участвуя в общей беседе. Когда мужчины вышли из кухни и отправились на лоджию покурить, а Ромка завис в комнате за приставкой, мы с ней остались наедине.

− Мам, что-то не так? Ты за весь вечер и пары слов не сказала?

− Дин, тебе точно это всё надо?

− Что именно «всё это»? – я не сразу поняла, касаемо чего её вопрос.

− Стас намного старше тебя, да ещё и ребёнок от первого брака с ним живёт, – я даже подвисла с пирогом в руках. − А ты молодая ещё. Зачем тебе чужого ребенка воспитывать? Это же ответственность. А если свои дети пойдут? Да и эта кондитерская… Дин, я сомневаюсь, что ты всё хорошо обдумала, – по мере того, как она говорила, во мне медленно поднималась волна негодования. Отставив в сторону тарелку, обернулась.

− Зачем мне чужого ребёнка воспитывать? М-да, мам… Ну я, можно сказать, не удивлена твоим рассуждениям. Тебе же даже на своего ребёнка наплевать было, поэтому неудивительно, что меня ты понять не можешь. Я люблю Рому и люблю Стаса. Что касается кондитерской, я не понимаю в принципе, что тебя беспокоит? Что не потяну? Так уже вытягиваю. Сама, мам.

− Мне никогда не было на тебя наплевать. Ни мне, ни отцу. Почему ты так говоришь?

− Потому что я так чувствовала. Долгое время чувствовала, и только совсем недавно поняла, что мои обиды − это лишь желание видеть выражение вашей любви не только в денежном эквиваленте. Поняла, что многие люди просто не умеют по-другому дарить своё внимание и любовь. Поэтому уже не обижаюсь, а наоборот, могу сказать спасибо. Благодаря вашим вливаниям, я смогла начать своё дело, – мама хотела что-то мне возразить, но я не дала. Захотелось выговориться, наконец, высказать то, что давно душило. − И ещё, мам, вы уехали, когда мне едва исполнилось восемнадцать. Твоя дочь выросла. Хватит ко мне относиться, как к ребёнку. Я сама способна принимать решения. В Германию с вами я не поеду. Я люблю Стаса и выхожу за него замуж. Если ты с этим не согласна, то можете прямо сейчас с отцом покупать билеты на обратный рейс. Настаивать на вашем присутствии на свадьбе я не буду.

− Дина, господи, ну зачем ты так? Я же всего лишь беспокоюсь за тебя.