Читаем Мой путь в рай полностью

Как и у большинства морфогенетических фармакологов, надежда на постоянное омоложение, пока человек не решит проблему бессмертия, сыграла основную роль в моем выборе профессии.

- Мне порядок не нужен, - сказал я.

Тамара взглянула на меня, словно я сказал что-то очень странное, и покачала головой.

- Все равно вы все ублюдки. Тело ваше может жить, но душа умирает.

- Кто ублюдок? - спросил Флако.

- Анжело. Он похож на киборга. Хочет жить вечно, но для этого должны умереть другие люди. - Я вдруг почувствовал себя так, словно снова включился в мир ее сновидения. Не смог увидеть никакого смысла в ее странном обвинении меня и киборгов.

- Ты полна гуано, - сказал Флако. - Вот дон Анжело Осик. Он хороший человек. Он джентльмен.

Тамара посмотрела на нас, голова ее качнулась. Она протянула руку к стакану воды, но промахнулась. Вода разлилась по столу.

- Может, он и есть киборг, - сказала она, снова кивая головой.

- Мы... ннне... ки...ии...борги, - сказал Флако. - Ввидишь... нет ки...ииборгов в... эттой комнате. - И он протянул ей стакан с ромом.

- У тебя в голове есть розетка связи? - спросила Тамара. Флако кивнул. - Значит ты киборг. - Она говорила убежденно. Я вспомнил, как недавно в новостях видел материал о суринамском культе чистого тела пуристах тела. Новые члены, посвященные в культ, извлекают свои розетки из головы, отключают протезы почек и другие протезы и живут совершенно без помощи механизмов. Я подумал, может, она тоже из этого культа, и вдруг понял, почему она захотела регенерацию, а не протез: мысль о том, что ее тело срастется с машиной, приводила ее в ужас; она оскверняла храм ее духа.

- Розз...зетка не дделает тте...бя киббб...оргом, - сказал Флако.

- Но это начало. Сначала розетка приспособления в черепе. Потом рука. Потом легкое. По одному за раз.

- Ну, а ты сама? - спросил Флако. - Ты сказала, что расскажешь нам о своей семье.

- Мои мать и отец киборги, - сказала она с замкнутым выражением лица. - Я с ними никогда не встречалась. Я всего лишь вложение в банк спермы. Если родители когда-нибудь и видели меня, вероятно, они остались недовольны: я не похожа на стиральную машину.

- Ха! Тут, ддд...олжно быть, есть кое-что еще, - сказал Флако. Расс...скажи нам все.

- Больше ничего нет, - ответила Тамара. И я подумал, почему она нам лжет.

Официант принес Флако новую порцию выпивки, и тот проглотил ее залпом. Тамара попросила принести аспирин. Голова Флако повисла, поэтому я убрал его тарелку, прежде чем он лег на стол. Тамара продолжала сидеть, глядя в свою тарелку. Я решил утащить вонючего пьяницу, который по-прежнему сидел рядом со мной, и заказать десерт.

Сложил монеты в кошелек и перетащил пьяницу на его прежнее место у стойки. И в это время в моей голове прозвучал сигнал вызова. Я нажал на переключатель за ухом, и человек с сильным арабским акцентом произнес:

- Сеньор Осик?

- Да, - ответил я.

- Попросите женщину, сидящую за вашим столом, подойти к телефону.

Вызывающий, должно быть, находится в зале, если знает, что я сижу с Тамарой, но так как он не знает, что я отошел от стола, значит он вышел.

- Она пьяна. Отключилась, - солгал я и торопливо прошел к двери, чтобы проверить, не звонят ли снаружи.

Раскрыл дверь и выглянул. Улица темна и пуста, но вдали я видел сверкающие очертания человеческого тела рядом с мини-шаттлом. Вызывающий отключился, и этот человек сел в мини-шаттл. Вспыхнули красные хвостовые огни, и мини-шаттл мгновенно превратился в огненный шар: это включился двигатель. Корабль метнулся в звездное небо и исчез.

Я вернулся в ресторан, и Тамара с любопытством взглянула на меня, словно собиралась спросить, почему я убежал. Флако с трудом попытался оторвать голову от стола. Он повернулся к Тамаре и сказал:

- Я только что получил сообщение для тебя по комлинку: Эйриш гг...говорит, что у него твоя рука. А нужна ты ему в...вся.

Тамара побледнела и выпила порцию рома.

2

По пути домой Тамара и Флако были так пьяны, что оба цеплялись за меня. Тамара продолжала браниться и повторять, что ей нужен пистолет, а Флако говорил: "Что?" Когда мы добрались домой, я уложил Тамару на диван, а Флако на полу в холле перед входом в спальню, и сам лег спать.

Перейти на страницу:

Все книги серии Военная фантастика (Валери)

Похожие книги

Год Дракона
Год Дракона

«Год Дракона» Вадима Давыдова – интригующий сплав политического памфлета с элементами фантастики и детектива, и любовного романа, не оставляющий никого равнодушным. Гневные инвективы героев и автора способны вызвать нешуточные споры и спровоцировать все мыслимые обвинения, кроме одного – обвинения в неискренности. Очередная «альтернатива»? Нет, не только! Обнаженный нерв повествования, страстные диалоги и стремительно разворачивающаяся развязка со счастливым – или почти счастливым – финалом не дадут скучать, заставят ненавидеть – и любить. Да-да, вы не ослышались. «Год Дракона» – книга о Любви. А Любовь, если она настоящая, всегда похожа на Сказку.

Вадим Давыдов , Валентина Михайловна Пахомова , Андрей Грязнов , Мария Нил , Юлия Радошкевич , Ли Леви

Детективы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Научная Фантастика / Современная проза
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези