Читаем Мой путь в рай полностью

- О, я не социалист, - сказал Флако. - Не верю, что социализм нужен современному человеку. Я считаю, что человек должен сам быть своим хозяином. Но эти никитийские социалисты не позволяют человеку становиться собственным хозяином. Им мало того, что они подчинили искусственный разум, нужно еще покорить и людей, уничтожить противников. И всегда они в своих экономических неудачах винят капитализм. Согласно социалистам, если социалист покупает машину, это признак прогресса, но если машину покупает капиталист, это признак упадка. Они отказываются видеть, что отнимают у людей волю к работе, и потому экономика их стран разваливается. Я встречался с одним человеком из Будапешта. Он рассказывал, что его отец работал на фабрике, которую постоянно приходилось закрывать, потому что рабочие хотели только играть в карты. Правительство направило солдат, чтобы заставили рабочих вернуться к работе, но некоторые все же отказывались. Они сидели и играли в карты под приставленными к ним пулеметами. Наконец солдаты их всех расстреляли, а по радио этих людей назвали изменниками. Этот человек говорил мне, что хоть его отца и убили, он все равно оказался победителем в борьбе с социализмом, потому что отказался подчиниться социалистам. И я считаю, что это другой путь к внутренней смерти - жить под властью других, отказать себе в праве быть собственным хозяином.

Флако считал себя большим политическим мыслителем, а я провел слишком много времени за изучением медицины и не соприкасался с политикой. Некоторое время я почтительно молчал, словно обдумывая его слова.

- Итак, ты не веришь, что эта женщина воровка?

- Нет, я считаю, что у нее пересажен мозг.

Это заставило меня сесть и задуматься. Интуитивно я почувствовал, что он прав.

- Почему ты так говоришь?

- Я однажды видел документальный фильм. Когда нанимали людей в отряды киборгов, военные сохраняли тела солдат в стасисе, пока не кончится срок службы, а если солдат хотел служить бессрочно, он мог продать свое тело на запасные части. Но произошел большой скандал. У некоторых солдат срок службы закончился или они хотели продать свое тело, но оно оказывалось уже продано на черном рынке криотехниками. Весь этот разговор о киборгах заставил меня вспомнить эту историю, и я понял, как Тамара может числиться на службе в световом годе отсюда и в то же время находиться здесь.

- Ты думаешь, кто-то украл ее тело?

- Я думал: захочет ли кто-нибудь красть такое бесполезное тело. Нет, я думаю, Тамара де ла Гарса сама записалась на службу и продала свое тело. И теперь эта женщина носит ее тело.

Я вспомнил прекрасную рыжеволосую женщину во сне Тамары, такую непохожую на тощее черноволосое существо, которое спит на диване, и понял, что пересадка мозга может объяснить, почему во сне она видит себя совершенно другой. Вспомнил, как она пыталась взять стакан воды за обедом - это признак, что ее мозг еще не приспособился к новому размеру тела.

- Может быть, - сказал я.

- Может быть? Как это может быть? Это прекрасный ответ на все наши вопросы. Если моя теория неверна, она должна стать верной!

- Нам слишком много заплатили. Она немного платит за лечение, но очень много за молчание. Если она спасается от тех, кто пересадил ее мозг, сами наши вопросы могут быть опасными для нее.

- Ты раньше не говорил мне, что она в опасности, - сказал Флако.

В гостиной Тамара зашевелилась во сне и застонала.

- Я сам раньше так не думал.

Я долгое время лежал в постели, размышляя. Если у этой женщины пересаженный мозг и если пересадка произведена недавно, это объясняет, почему у нее не повысился уровень антител, когда ей вырвали руку: все еще действуют подавители антител. Но я не был уверен. Любой действующий в рамках закона хирург использовал бы антимозин С, ингибитор, который только останавливает производство клеток, атакующих трансплантированные органы. Но уровень антител в крови Тамары был крайне низок по всему спектру, что означает, что ей давали один из наиболее распространенных ингибиторов АВ. В инъекции, которую я ей сделал, содержались тимозины, которые стимулируют рост всех клеток Т, включая атакующие клетки. И если уровень тимозинов в ее крови станет достаточно высок, они смогут подавить действие ингибиторов АВ. И если ее пересаженный мозг не установил полный контакт с телом, эти клетки будут с ним обращаться как с посторонним телом, уничтожая его клетка за клеткой. От этих мыслей у меня заболел живот.

Перейти на страницу:

Все книги серии Военная фантастика (Валери)

Похожие книги

Год Дракона
Год Дракона

«Год Дракона» Вадима Давыдова – интригующий сплав политического памфлета с элементами фантастики и детектива, и любовного романа, не оставляющий никого равнодушным. Гневные инвективы героев и автора способны вызвать нешуточные споры и спровоцировать все мыслимые обвинения, кроме одного – обвинения в неискренности. Очередная «альтернатива»? Нет, не только! Обнаженный нерв повествования, страстные диалоги и стремительно разворачивающаяся развязка со счастливым – или почти счастливым – финалом не дадут скучать, заставят ненавидеть – и любить. Да-да, вы не ослышались. «Год Дракона» – книга о Любви. А Любовь, если она настоящая, всегда похожа на Сказку.

Вадим Давыдов , Валентина Михайловна Пахомова , Андрей Грязнов , Мария Нил , Юлия Радошкевич , Ли Леви

Детективы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Научная Фантастика / Современная проза
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези