Читаем Мой путь в рай полностью

И вдруг я оказался в своем доме в Панаме, в спальне, подключенный к монитору сновидений, я брожу по комнате, не в состоянии вспомнить название самых обычных домашних предметов. Темное пятно на том месте, где должны быть воспоминания об отце. Я вспомнил разговоры своих компадрес о великом философе генерале Квинтанилле, они говорили о нем как о герое, а я оказался дураком, не знающим собственную историю. Я понял, что что-то неправильно, ужасающе неправильно. Я оставил в своем доме больше, чем способность к сочувствию. Я хочу только уйти.

- Шлюха! - крикнул я Тамаре. - Что ты со мной сделала? Я не хотел покидать Панаму! Я в жизни и не думал покидать Панаму! Ты поместила свои желания мне в голову! Что ты со мной сделала? Что ты отняла у меня?

Я посмотрел в сторону: на столе набор наушников и другое оборудование. Вырвал наушники и швырнул их в Тамару, целясь ей в затылок. В последнее мгновение рука у меня дрогнула, и я промахнулся. И сама мысль о том, что я собирался ударить ее, наполнила меня глубоким ощущением вины, ужасной вины. Я достал мачете и сделал шаг к Тамаре, собираясь ударить ее, и в то же время знал, что не смогу убить ее, не смогу перенести мысль о том, чтобы причинить ей вред, как бы справедлив ни был мой поступок. Я в гневе отбросил мачете. Задрожал, дыхание стало неровным. Зубы застучали, как всегда, когда я готов к убийству.

- Мне кажется, Тамара хочет остаться с вами наедине, - негромко сказал Гарсон, - поговорить один на один. - Он смотрел на меня, стоя между мной и Тамарой, защищая ее.

Коляска Тамары повернулась, и Тамара оказалась лицом ко мне. Лицо у нее расслабленное, пустое. В ее микрофоне послышалось:

- Анжело не причинит вреда женщине. Он никогда не мог обидеть женщину. - Голос, доносящийся их микрофона, должен был звучать холодно, вызывающе. - Не правда ли?

И я неожиданно понял, что она говорит правду. Она знала меня лучше, чем я сам. Я перестал сражаться в Хотоке но За не потому, что выстрелил в человека, а потому, что этим человеком оказалась женщина. Женщина вообще. Убийство в бою мужчин, даже ни в чем не виноватых, меня не тревожило. Какой же я глупец. Как я радовался, что вернул себе способность к сочувствию.

В глазах ее не было вины.

- Мать говорила ему, чтобы он никогда не бил девочек. - В голосе ее звучала насмешка.

- Это правда! Правда! - закричал я, вспоминая, как мама говорила мне это, вспомнил, как сказал это, когда ударил Люсио по лицу. - Ты это сделала со мной? - Я хотел бы ударить ее, но обнаружил, что расхаживаю взад и вперед, как рассерженная собака в клетке, но не приближаюсь.

Гарсон смущенно смотрел на меня и Тамару, и я понял, что его смутило: вызывающий тон Тамары, ее хвастливость. Это совсем на нее не похоже. Он сказал Тамаре:

- Очень впечатляюще. Прекрасный результат. - Потом кивнул мне и прибавил: - Не причиняйте ей вреда. Она изменила глубочайшие структуры вашего мозга, стерла образцы, создававшиеся всю жизнь. Но она может исправить это. Может вернуть вам большую часть ваших воспоминаний. Она уже пыталась восстановить то, что отняла у вас за два года. Сейчас я вас оставлю.

Он вышел из помещения, и в нем остались только мы с Тамарой.

Я стоял, рассерженный и неспособный действовать. Долго ждал, прежде чем она заговорила.

Тамара холодно разглядывала меня, и я не мог понять значения ее пустого взгляда.

- Ты моя лучшая работа, - сказала она. - Мне не приходилось раньше совершать серьезные перемены в людях, так, незначительное перепрограммирование в интересах нашей службы. Но все же в тот день я была не в лучшей форме и не смогла завершить работу. У тебя в памяти остались пустые места, и это должно было предупредить тебя, что что-то не так. Но в чем дело, ты ведь так и не понял, верно?

- Знаю, - ответил я. Она говорила так уверенно. - Я обнаружил эти пустые места. Не могу ничего вспомнить об отце, кроме того, что он плакал после смерти матери.

- Это подделка. Все, что касается смерти матери, я подделала. Тамара наблюдала за мной. - Ты по-прежнему действуешь в соответствии с моей программой.

- Что это значит?

Тамара продолжала холодно наблюдать за мной.

- Догадайся сам! - Она взглянула на поднос, где лежал шприц и флакон с желтоватой жидкостью. - Сделай себе инъекцию этого, примерно два миллилитра. Мне нужно кое-что убрать. Устранить радикальную программу, прежде чем возвращать воспоминания.

- Ничего не нужно убирать, - сказал я, неожиданно насторожившись. Что значит радикальная программа?

Тамара сказала: