Читаем Мой первый линь (СИ) полностью

   Самка тотчас легла на дно и, растопырив плавники и вращая глазами, принялась оглядывать свое будущее жилище. Вася, хоть и находился в другом конце ванны, гляжу, задвигал плавниками, повернулся и устремился к ней. Подплыв, он уставился на нее, потом ткнулся мордой ей в губы и застыл, не сводя с нее взгляда. Должно быть, в это время они переговаривались о чем-то на своем рыбьем языке. Догадываюсь, хозяин знакомился с гостьей, а потом объяснял ей, что здесь, в общем-то, совсем неплохо: и травка есть, и кислород, да и стол богатый - на выбор, чего душа пожелает. Это тебе не в мешках и ведрах путешествовать, без конца вздрагивая от страха: вот-вот тебя вытащат оттуда, вспорют брюхо, обваляют в муке - и на сковородку. Здесь хоть и не пруд, зато никто не помышляет тебя сожрать, иначе бы не кормили. А человек, что даже имя мне дал, так просто душка. Он мой друг, подружишься и ты с ним.

   Увещевания, похоже, подействовали, потому что гостья внезапно снялась с места и неторопливо направилась к водорослям. Вася - за ней. Так, вдвоем, они и скрылись в траве, только хвосты, лениво шевелясь, выглядывали оттуда.

   Ближе к вечеру я стал кормить Васю червями. Он вначале не отходил от своей подруги, тем не менее зорко наблюдая, куда падает корм, потом сорвался с места и заглотал червей - одного, за ним другого, показывая тем самым пример. Гостья стояла в стороне и недоверчиво косилась на пиршество. Проглотив свой завтрак, Вася вернулся к ней. Она перевела на него удивленные глаза, а он, как ни в чем не бывало, стоял рядом и, изредка подрагивая, уминал червей, как бы говоря: "Вот видишь, а ты сомневалась!"

   Все же в этот день самка не притронулась к пище, все еще опасаясь какого-нибудь подвоха с моей стороны. Я знал, что все именно так и произойдет, и думал, она будет поститься еще как минимум сутки, однако ошибся. На другой день она подошла и робко схватила предложенного ей червя, правда, предварительно убедившись, поглядев на хозяина, что дело идет без обмана.

   А еще через некоторое время, заглянув в ванну, я рассмеялся. Оба линя взобрались на корягу и, устроившись на ней бок о бок под небольшим углом, сытые и довольные, с любопытством глядели на меня из глубины.

   Так у меня появились два воспитанника, два питомца, которых я, не стесняясь, с полным правом называл своими друзьями. Оба были одного размера, но самка отличалась более темной спиной, поэтому я их никогда не путал. Кормил я их до отвала, так что приходилось даже иногда убирать шлангом лишний корм, чтобы не портилась вода, которую время от времени необходимо было все же обновлять. Что касается выходных дней, то тут, разумеется, они обходились без пищи. Но в этом, конечно, не было ничего страшного. К сожалению, за всю зиму самка так и не научилась брать корм из пальцев, поэтому Вася в плане питания всегда был первым. Она же хватала корм либо с полводы, либо подбирала со дна.

   Этой же зимой я узнал, что в Подмосковье, оказывается, есть водоем, где водится линь. Причем озеро это совсем недалеко, час с небольшим езды на трех видах транспорта, и называется оно Белым. Еле дождавшись конца весны я, прихватив удочку и червей, помчался туда. Приехал, обошел это озеро кругом, побросал там-сям и, удрученный, ушел восвояси. Водоем, конечно, большой, чистый, но ни камыша, ни ряски, ни вообще каких-нибудь водорослей, где любит стоять линь, я там не обнаружил. Камыш (рогоз), впрочем, был, но низкий, редкий и весь просматривался, потому что вода у бровки едва доставала до колена. И вообще, по всей окружности озера - дно песчаное, никакой глубины, кругом плес, как на Азовском море. Только малышам купаться. Как можно ловить линя в таких условиях, я себе не представлял. Да и где он тут прячется и чем кормится, если повсюду прозрачные песчаные отмели!

   На следующий раз я стал опрашивать рыбаков, сидящих по берегам с донками. Все они охотились за лещом, плотвой, карпом; спиннингисты - за щукой, окунем; за линем - никто. Да есть ли вообще тут такая рыба, и если это так, то как и где ее поймать? Сначала один, потом другой, рыболовы указали на противоположный берег, облепленный огромными, склонившимися над водой ветлами, дубами и ольхой.

   - Только в тех местах стоит линь. Там от берега чуть глубже, чем везде. Ловят его чем угодно, даже донкой, а насадка - червяк, тесто, макароны.

   - Макароны?.. - оторопело уставился я на собеседника. - Неужто берет?

   - Не брезгует, - сказал он. - Я лично поймал там линя на "звездочку".

   - Это как?.. - захлопал я глазами.

   - Ну, те, что в суповых пакетах, - охотно разъяснил рыболов.

   - И что, на это поймал? - усомнился я.

   - Ну да! - улыбнулся он. - Сам бы не поверил, скажи кто. А другой прямо при мне выудил на макаронину. Отщипнул кусочек, на крючок - и выхватил линя.

   - Ничего себе! - Изумлению моему не было границ. - И большого поймал?

   - Да нет, граммов так на сто пятьдесят.

   - А на червя? - продолжал я допытываться. - Червь ведь - любимый его корм.

   - На червя само собой. Но, я же говорю, берет и на макароны. Отдыхающие бросают в воду все подряд - хлеб, картошку, суп, - вот он и привык.