Читаем Мой муж – мой босс? полностью

Мы поднимается по стеклянной лестнице. Что за извращенец проектировал это сооружение? Как женщине в юбке здесь ходить? Давлат замечает мою заминку, видимо, тоже складывает в уме дважды два и подхватывает меня на руки. Дальше меня важно несут, и злиться в этом положении не получается совсем.

У двери ставит на пол, открывает её и с шутовским поклоном говорит:

— Прошу.

Прохожу внутрь. Совсем другое впечатление по сравнению с его же кабинетом в клубе и тем, который мы посещали в холдинге, где подписывали брачный контракт. Здесь всё будто парит — лёгкая светлая мебель, на стенах акварели и чёрно-белые фото, занавеси из тончайшей льняной марлёвки. Стол начальника — прозрачный! Из плотного пластика. Футуристичный.

Давлат опускают жалюзи на окнах и двери — из-за них его кабинет напоминает аквариум — и предлагает мне расположиться.

— Присаживайся, — указывает на светлый диванчик, сам же берёт стул, поворачивает его спинкой вперёд и седлает сверху. — Я к твоим услугам. Давай ты расспросишь обо всём меня, чтобы не вовлекать в это лишних людей, разбрасываясь нереалистичными обещаниями.

— Хорошо, — миролюбиво соглашаюсь.

После того, как вас проносят на руках по лестнице, боевой настрой как-то гаснет. И у меня даже есть один — главный — вопрос, который прояснит всё.

— Как так вышло, что ты, владелец канала, в этом шоу — лишь режиссёр? Притом — один из многих? Это странно…

— Ничего странно, — Давлат смотрит пристально, в кои-то веки наши лица на одном уровне, — когда я купил «Отдыхай» — реалити-шоу «Новый мир» уже существовало. Там была своя редакция. По сути, это своеобразный анклав внутри канала. Закрытый клуб для избранных. И меня, как нового владельца, конечно, допустили, но в ближний круг посвящать не стали. А поскольку «Новый мир» сейчас уже не демонстрируется по телевидению, то они могли сохранять свободу и автономию.

— И ты не пытался поменять положение вещей? — вскидываю брови.

— Зачем? Меня всё устраивало. Я в доле, шоу приносит солидные барыши… — пытаюсь возразить, но он прерывает меня: — Только не надо мне сейчас о морально-этических принципах. Я тогда руководствовался другими «выгодно-невыгодно» и не очень парился о высоком и вечном…

— А потом… — подталкиваю я, рассматриваю его, чуть склонив голову к плечу, любуюсь… — что-то пошло не так, да?

— Потом — это коснулось меня, вернее, тебя, а через тебя — меня. Именно, как ты и говоришь — пошло не так. И я захотел это прекратить. Но — действовать нахрапом, набегом, наскоком. Ты ведь понимаешь, что люди, создавшие нечто, такого уровня, как «Новый мир», голыми руками не берутся. Сан был прав: многие пытались бодаться с ними — не вышло. На что ты вообще рассчитывала? Сан и сам в ближний круг не вхож, о чём тебе, засранец, не сказал.

— Но что же делать? — в отчаянии развожу руками. — Они же хотят что-то там сделать с Лампой…

— Предоставь это мне. Постараюсь выйти на режиссёра, которому дали её «реальность» и посмотрю, что можно сделать…

— А я? — мне хочется быть в гуще событий, ведь речь о моей подруге.

— А ты действуешь по плану — следишь за Зинаидой Сафроновной. Не нравится она мне.

Мне последнее время тоже.

— Помнишь, следующий пункт? — киваю. — И? Какие твои действия?

Вздыхаю и тянусь за телефоном…

В этот раз с Зинаидой Сафроновной встречаемся в клубе. Так проще не вызывать подозрений: я там администратор, она — сушист. Она уехала на работу сразу, как отправила меня к Сану для объяснений. А теперь вот и я добралась на рабочее место. Мы договорились пообщаться, в качестве укромного уголка выбрали подсобку, где хранится ненужный реквизит и старые костюмы.

Как же здесь пыльно! Пфф…

Забираюсь вглубь, где меня уже ждут. Разместиться особенно негде. Зинаида Сафроновна стоит, привалившись к стеллажу, а я присаживаюсь на край захламлённого подоконника.

— Ну что, просветил тебя Сан? — интересуется она.

Габариты у этой женщины такие, что она почти занимает собой крохотное помещение. Мне даже тяжко дышать становится. Хочется побыстрее закончить это общение и переместиться туда, где куда больше воздуха и простора.

— Просветил, — бурчу, — но сразу отвечу: вы со мной просчитались. Я не буду участвовать во всём этом бреде. И вам советую оставить в покое Лампу. Она только родила. Поимейте совесть!

— Кристин, — женщина-призрак вскидывает пухлую ладонь, — ты как прежде резка и категорична. А между тем уже поняла, что авария, в которую попал твой брат, случилась неспроста. Откуда ты знаешь, что с ним не случится что-то ещё?

Усмехаюсь:

— Угрозы! Удел слабаков и трусов. Когда заканчиваются аргументы, а умение играть честно отсутствует изначально, то начинается шантаж и запугивание.

— Слабость, значит, считаешь нас слабыми?

— Вас? — вскидываю брови. — С этого места поподробнее.

Она растягивает мясистые губы в улыбке.

— Думаешь, я здесь просто суши готовлю? Ну-ну!

— А чем же вы занимаетесь? — спрашиваю, хотя почти знаю, каким будет ответ.

— Наблюдаю, чтобы докладывать всё боссу. Реальному. Тому, кто за всем эти стоит.