Библибоба

Читаем Мой Милош полностью

Мой Милош

Наталья Евгеньевна Горбаневская

У нас наверно много общего друг с другом,У всех, что вырастали в городах барóчных,Не вопрошая, а какой король построилКостел соседний и княжны какие жилиВон в том дворце, как звали скульпторов и зодчих,Откуда прибыли, чем стали знамениты.А мы футболили под стройной колоннадой,Носясь вдоль эркеров и мраморных ступеней.Потом милее стали нам скамейки в темных парках,Чем чаща ангелов лепных над головами.А все ж мы сохранили что-то: страсть к изгибам,Огнеподобную спираль противоречийДа женщин ряженье в богатство драпировок,Чтобы скелет прибавил блеску пляске смерти.

Тритоны

(1913—1923)

Узнаю их. Стоят на палубеПарохода «Correct», вошедшего в устье Енисея.Этот чернявый, в автомобильной кожаной куртке, —Лорис-Меликов, дипломат. Этот толстый, Востротин, —Владелец золотых приисков и депутат Думы.Рядом тощий блондин, мой отец. И костлявый Нансен.Фотография висит в нашем виленском домеНа Подгорной улице, 5. Рядом с моимиТритонами в банках. Что может случитьсяЗа десять лет? Начало? Конец? мира.Мой отец, времен до. Не знаю, зачем он ездилЛетом девятьсот тринадцатого в унылые пустошиСеверного сияния. Какое смешеньеВремен. И мест. Я здесь, неспокойный,Посреди калифорнийской весны: не складывается целое.Чего я хочу? Чтоб было. Что? Чего уж нету.Даже твои тритоны? Даже тритоны.

Тревога-сон

(1918)

Перейти на страницу:
Читать далее

Похожие книги

Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука
Читать бесплатно
Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Без регистрации
100 знаменитых москвичей
100 знаменитых москвичей

Сила притяжения российской столицы настолько высока, что численность приезжего населения в ней в настоящее время превышает количество коренных москвичей. Между тем число желающих из разных концов бывшего СССР «породниться» с Москвой все увеличивается. И это не случайно, ибо, как справедливо заметил В.О. Ключевский, «Москва тем и стала сильною, и опередила других, что постоянно и неутомимо звала к себе разрозненные русские земли на честный пир народного единства». И в этом смысле жизнь и деятельность знаменитых москвичей – одно из проявлений этого единства.

Валентина Марковна Скляренко

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии
Полная версия
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Читать Онлайн
Избранное